ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. Три дня Индиго Сергей Лукьяненко Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. ==================== Часть первая. Глава 1 Часть первая. Глава 1 Глава первая Обычно я на ночь плотно задёргиваю шторы. Не люблю, когда лунное кольцо светит в глаза. Но эта ночь была слишком хорошей. Дождь прошёл и кончился к полудню: тёплый дождь в последний день марта. Воздух был в самую меру прохладным, так, чтобы можно было всю ночь лежать без одеяла и лишь под утро укрыться. Поэтому я оставил окно распахнутым, смотрел на потолок, где бегали тени от фонарей, слышал редкий гул машин, шаги и голоса запоздавших прохожих. И разговаривал с Дариной. — К нам сегодня привезли девочку, — рассказывала она. — Большая уже, четырнадцать лет. Спрыгнула с балкона пятого этажа, вся поломалась. Я поморщился, спросил: — Дурында. Из-за несчастной любви, конечно? — Нет. Чтобы стать Изменённой. Мне кажется, её могли и люди вылечить, позвоночник цел. Но родители не выдержали, привезли к нам. — Такую взрослую? — Мы берём и в этом возрасте. Если иного выхода нет. А она сказала, что спрыгнет снова или выпьет отраву, если её не возьмут. — Взяли? — Да. — И… что? — Пока жива. Дня через два будет ясно, как сработал мутаген. — А ты уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Может быть, он просто слишком доволен произошедшим.

— Спасибо, — сказал я, подумав. — Тогда я могу идти?

— Конечно!

— Когда вы вернёте сына Виталия?

— Кому? — Иван нахмурился, поставил бокал на откидной столик.

Мне будто под дых дали.

— Виталию Антоновичу!

— Погоди… Макс, но ведь Виталий погиб! Как я могу вернуть ему ребёнка? Ты же не предлагаешь… о, Господи… не предлагаешь же ты его убить, чтобы он воссоединился с отцом?

Иван замотал головой.

— Он погиб, спасая сына! — воскликнул я. — Чтобы вы вернули его на Землю и сделали человеком!

— Разумеется! — Иван нахмурился. — Но он погиб! Я не могу его воскресить. И кому нам возвращать несчастного мальчика? Он и без того достаточно слаб интеллектуально и эмоционально, по сути — начал себя осознавать, лишь пройдя Изменение. Для него вернуться в прежний облик — уже шок. А оказаться на Земле? Без единого знакомого и любящего человека рядом?

Я смотрел на Ивана и не мог понять, всерьёз он это говорит или издевается надо мной.

— Но… вы же обещали!

— Обещал. Потому что Виталий Антонович очень переживал за ребёнка и жизнь бы положил на его адаптацию к обществу. Кому его прикажешь отдать?

— Матери!

— Она не поверит, что это её сын, не возьмёт к себе и уж точно не станет класть жизнь на его воспитание. У неё другой муж, чудесная маленькая дочка, прежнюю жизнь она хочет забыть, как страшный сон. И тут вдруг являюсь я! С орущим перепуганным мальчиком, который только что в ином мире был огромным сильным бойцом, а тут стал сопливым десятилеткой! Он ложкой и вилкой пользоваться не умеет, зато обучен убивать. И я его вручаю несчастной женщине? Держите, бывший муж велел передать!

Если в первые секунды мне казалось, что Иван откровенно надо мной издевается, то теперь я не знал, что и думать.

— Может, тебе его доставить? — Иван ухмыльнулся. — Возьмёшь под опеку диковатого ребёнка? Справишься? Это ведь даже не из детдома дитё усыновить, это как Маугли из джунглей забрать!

Я невольно помотал головой.

— Можно отдать в Гнездо, — размышлял вслух Иван. — Но там ему снова введут мутаген, люди в Гнезде не живут. В чём тогда смысл? Можно отдать учёным. На опыты. Поверь, учёные будут счастливы! Но того ли хотел Виталий? Так что, Макс? Говори, кому — доставлю! Подчеркну, это сложно, мне придётся вести переговоры с Продавцами. Но доставлю! Обещал! Только скажи, кто с ним тут будет возиться? Кто ответит, если он покончит с собой или прибьёт кого-то?

Я молчал.

— Не надо подозревать меня в мелком жульничестве, — Иван вздохнул, открыл дверцу маленького бара, встроенного в перегородку лимузина. Там, как я и ожидал, обнаружился хрустальный графинчик, из которого Иван плеснул в бокал тёмно-жёлтого напитка. — Я выше таких глупостей. Придумаешь, куда девать парня, — доставлю на Землю. Если он ещё жив, конечно.