ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. Три дня Индиго Сергей Лукьяненко Перед нами «Три дня Индиго» — второй том саги об изменённых, наследующий «Семи дням до Мегиддо». За обложку спасибо Алексею Андрееву, мастеру, придумывающему целые миры. ==================== Часть первая. Глава 1 Часть первая. Глава 1 Глава первая Обычно я на ночь плотно задёргиваю шторы. Не люблю, когда лунное кольцо светит в глаза. Но эта ночь была слишком хорошей. Дождь прошёл и кончился к полудню: тёплый дождь в последний день марта. Воздух был в самую меру прохладным, так, чтобы можно было всю ночь лежать без одеяла и лишь под утро укрыться. Поэтому я оставил окно распахнутым, смотрел на потолок, где бегали тени от фонарей, слышал редкий гул машин, шаги и голоса запоздавших прохожих. И разговаривал с Дариной. — К нам сегодня привезли девочку, — рассказывала она. — Большая уже, четырнадцать лет. Спрыгнула с балкона пятого этажа, вся поломалась. Я поморщился, спросил: — Дурында. Из-за несчастной любви, конечно? — Нет. Чтобы стать Изменённой. Мне кажется, её могли и люди вылечить, позвоночник цел. Но родители не выдержали, привезли к нам. — Такую взрослую? — Мы берём и в этом возрасте. Если иного выхода нет. А она сказала, что спрыгнет снова или выпьет отраву, если её не возьмут. — Взяли? — Да. — И… что? — Пока жива. Дня через два будет ясно, как сработал мутаген. — А ты уже

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но тут происходил чистый выброс плазмы, никак не связанный с массой патрона. Почему патрон вылетал из ствола, да ещё так быстро, мы не поняли.

— Это не патрон, а маленькая ракетка, — предположил я. — С дизайном, как у обычного патрона.

— Да, мы тоже так решили. Только механизм ускорения не поняли… Отдачи практически никакой. А знаешь, что самое интересное?

Я молчал, вопрос явно был риторический.

— Судя по размерам магазина и патрона, туда входило десять зарядов. Мы расстреляли три, потом извлекли из магазина ещё двенадцать. И патроны оставались. Откуда они брались — не знаю. Оружие у нас забрали… выше. Потом Гнездо, откуда случилась утечка, потребовало вернуть незаконно присвоенное учебное оружие. Мы их переадресовали к госбезопасности, чем кончилось — не знаю.

— Учебное? — уточнил я.

— Ага. Силовую броню такой патрон разорвёт на части вместе с сотрудником. Что там у них ещё есть — Бог знает…

— Понял, — сказал я.

— Остановить бойню, конечно, надо, — продолжал Лихачёв. — Силой мы этого не сделаем. Даже если армию позвать. Дарина не согласна уйти в их Гнездо?

— Нет. Никто не согласен. Гнездо — живое и разумное. Оно часть Изменённых. Это как мать в беде бросить.

Лихачёв фыркнул.

— Многие бы просто тебя не поняли… Итак, они не уйдут. И достанут крутые стволы. Тупик… Ты можешь поговорить с Изменёнными из Раменского?

— Могу, — сказал я. — Но бесполезно.

— Согласен, — кивнул Лихачёв. — Даже не пытайся. Судя по реакции твоего друга с Селены, есть шанс всё ухудшить.

Я кивнул. Я тоже так думал.

— Мы не можем их остановить, — сказал Лихачёв задумчиво, достал ещё одну сигарету. — Мы… я тебя не слишком окуриваю?

Я махнул рукой.

— Кабинет ваш.

— Мы не можем убедить Дарину покинуть Гнездо, — продолжал Лихачёв задумчиво. — Максим, надо понять причину готовящегося нападения.

— Я же назвал.

— Нет, ты назвал лишь повод. Большое Гнездо хочет уничтожить маленькое. Это повод для нападения. Но почти две недели их ситуация не тревожила, верно? Они даже помогали, прислали своих работников, охранников. Насколько я знаю, даже переориентировали одну группу куколок на пострадавшее Гнездо. То есть всё было хорошо, они желали возрождения Гнезда. И вдруг — такая реакция! Что случилось?

— Третьяковка… — признал я.

— Верно. Но и это лишь повод! Что так взбудоражило Изменённых?

— Меня как-то Милана научила, — неловко сказал я. — Смотреть не на то, что есть, что видишь. А на то, чего нет. Очень хорошо помогало в разных случаях. Но сейчас… я не знаю, как это использовать. Вроде бы вижу причину — уничтожение Слуг. И при этом понимаю, что это не причина, повод…

— Хороший метод, — сказал Лихачёв. Сел на подоконник, задумчиво посмотрел на меня. — В данном случае мы знаем, чего нет. Нет реальной причины, есть только повод.