Больше некому за участком следить.
На лбу историка выступил пот. Сергей Львович встал из-за стола и открыл окно в режим проветривания.
— Ладно… Доработайте уже сегодня, чего, зря ездили… Попрощайтесь с ребятами и коллективом, если есть желание. Очень жаль, что все так сложилось. Но, думаю, вы не особо расстроились из-за увольнения.
— Да нет, — ответил Андрей Викторович, смахивая капли пота и вытирая ладонь о джинсы. — Работа она и есть работа. Если не приносит удовольствия, то хотя бы деньги дает. Ну, ничего страшного, будем думать, как жить дальше, — он улыбнулся и встал. — Ну, всего доброго, спасибо за… отношение. Ваше доверие много для меня значило.
Директор кивнул, они обменялись рукопожатиями, и опять какие-то смутные догадки промелькнули в голове Сергея Львовича, когда он увидел царапину поближе. Догадки такого рода, что преподаватель кривит душой — какая там дача! Ну, он взрослый человек, и если и отдыхал с какой-нибудь горячей дамочкой и она распустила коготки в порыве страсти, то чего тут такого?
Эх, теперь опять искать кого-то, ломать голову, а боль и без того все сильнее пульсирует.
Когда дверь за историком закрылась, Сергей Львович опустился в мягкое кожаное кресло и пробормотал:
— Самому уволиться, что ли…
* * *
Единственный из учителей, кто не начинал урок с лекции, на отвлеченные темы, или с обсуждения случившегося, была Дина Алексеевна. А кто же еще? Она продолжала рассказывать про дроби, уравнения и многочлены (а Вол иногда по-прежнему выкрикивал «члены!»). Она так же воняла своим старушечьим запахом, так же ходила в брюках с пятнами мела, так же потряхивала рыжевато-седыми волосами и так же тянула скрипучим голосом:
— Вы выпускноо-ой клаа-ас… На носу ГИ-ИИ-АА-АА, и ничто не должно отвлекать вас от подготовки. Вам получать аттестаты, поступать учиться дальше. От этого зависит ваше будущее. Вол! Сядь уже ровно хотя бы на минуточку, а?
— А вы слышали, что произошло, Дина Алексеевна? — спросил Вол.
— Послушай, что бы не произошло, оно должно оставаться там! — она махнула морщинистой рукой на окно. — За пределами школы можете обсуждать что угодно, и на переменках можете обсуждать. Но на уроках будьте добры, занимайтесь делом. Особенно на алгебре. Я понятно объяснила?
Вол покачал головой, ухмыляясь.
Плотников и Андраник, в отсутствии Шули притихли, а если что-то и исполняли, то по большей части безобидное. Но Турка знал, что так будет недолго — неделя пройдет, другая и все вернется на круги своя. Их мыслительные процессы были в чем-то схожи с процессами Дины Алексеевны.
Но настоящий фурор произвел другой человек, всем хорошо знакомый. Сначала возле школы появилась красное «Пежо», потом из него вынырнула девушка на каблуках, с черными волосами, собранными в объемный хвост.






