За горшки принесешь деньги.
— А чо я⁈ Меня толкнули туда.
— А меня не волнует, кто кого толкнул! — гаркнула биологичка вибрирующим голосом. — Веник в руки и мети!
— Да не буду я ничего делать, — Вол сложил руки на парте. — Пусть эти приходят и убирают.
— Я не начну урок, пока ты не уберешь.
— Ну и не начинайте.
— Тогда я напишу на тебя докладную. И на весь класс тоже.
Повисла тишина. Вол так и сидел, разглядывая собственные кисти. Кто-то приглушенно захихикал, на него шикнули, и смех затих.
— Вол, убери, — сказал Проханов. Некоторые его поддержали:
— Да-да, Вол, убирай. Тебе что, сложно?
— Весь класс из-за тебя накажут.
— Давай!
— Сами убирайте, а чо я⁈
Тут к нему подошел Китарь. Схватил его за шкварку, сдернул рывком со стула, а тот кулем обмяк у него в руках, повалился на пол.
— Се-ре-жа! — выкрикнула биологичка. — Не надо!
— Пусть убирает, Наталь Николаевна!
Вол вдруг начал брыкаться, вскочил, отпихнул Китаря, а после подхватил стул и запустил его в доску. Тот врезался в нее с грохотом и отскочил на первую парту — Водовозовы еле успели защититься от металлических ножек. Вол тем временем подхватил свой рюкзак и хотел выбежать из класса, но ему кто-то ловко подставил подножку, и вскрикнув, парень хлопнулся об паркет плашмя, с гулким «бтум-м!».
— Что вы делаете! Да что ж это такое! — вопила биологичка. Кто-то опять тоненько захихикал. Покрасневший Вол махнул наугад кулаком по воздуху, чуть не влепив по лицу учительнице, подхватил рюкзак и убежал из класса.
— Я точно напишу на вас докладную, — пробормотала биологичка. — Потому что это НЕЧТО! Вам сколько лет? Вы не начальная школа, а девятый класс! Скоро работать будете, взрослые мужики! И такое… Нет, это вообще… — пробормотала Наталья Николаевна и скрылась в подсобке.
Алик смеялся, похрюкивая. Турка следил за действом и слушал отстраненно. Его больше интересовала Аня — надо заехать к ней после уроков и выяснить, что она там узнала. С другой стороны, Турка хотел вернуться домой уснуть до самого лета, и чтоб уже никогда не видеть этой треклятой школы, и никогда больше не переживать.
Время как назло, тянулось медленно. Биология закончилась, так и не начавшись, следом прошла математика. Вол так и не появился, посему никто не мешал Дине Алексеевне рассказывать про «члены многочлена», и про «одночлен на одночлен». Ну и куда же без обычной шарманки «Ооооо-гэээээээ».
На уроке физики все по большей части трепались, тему никто не понимал, да и не стремился понять. Зачем вообще человеку знать формулу скорости? Ладно, скорости нужно. Но массы? Турка сомневался, что это пригодится в жизни. Блеклая физичка с усталым взглядом, которая первую половину года болела, кажется и сама не очень-то горела желанием делиться знаниями.






