— И?
— Они тут дольше, чем мы думали. Почти сто лет.
Кира тихо выдохнула.
— Сто лет…
Старый капитан устало улыбнулся.
— Три поколения.
Я снова посмотрел на карту планеты. Города. Заводы. Поля. Шахты. Целый мир. Мир, которого не должно существовать. В рубке «Разрушителя» стояла тяжёлая тишина. Потому что теперь у нас было всё. Вражеский дредноут, который можно было разобрать на запчасти. Сплав для ремонта портала. Полная карта планеты. И понимание того, что внизу живут десятки тысяч людей, которых по законам галактики не должно быть. Я выдохнул, понимая, что проблема сама собой не решится, и постарался переключится на другие неотложные вопросы.
— Рома.
— Да.
— Сколько времени нужно, чтобы снять сплав с портала дредноута?
— Если без спешки, подключив всех свободных ремонтников… — он быстро прикинул. — Суток пять, не меньше. Потом еще неделя работы принтеров и монтаж. В общем рассчитывай примерно на две недели ремонта.
— Делайте.
— Есть. Сейчас отправлю все свободные боты для переброски оборудования.
— Не торопись особо, вначале эвакуация раненых, сбор аварийных капсул и экстренная помощь пострадавшим. И нашим, и этих молокососов не забудьте. На астероиде и в метеоритном потоке их дохрена и больше должно быть, особенно в обломках десантных ботов и платформ. Вряд ли они выжили без аптечек, но всё равно, проверьте. А мы пока подумаем, как эту кучу навоза разгребать.
— Благодарю — Старый капитан едва заметно выдохнул, услышав мои слова — Можете рассчитывать на моё сотрудничество.
— Рано благодаришь старый — Я криво усмехнулся — быть может мы их собираем, чтобы потом одним скопом в расход пустить, вместе с твоими колонистами. Задал ты нам задачу, хоть стой, хоть падай.
Старик после этих слов только прикрыл глаза. Не обиделся. Даже не дёрнулся. Похоже, за последние годы он успел привыкнуть к вариантам и похуже. Я отвернулся от него и снова уставился на голограмму.
Работа уже пошла. Вокруг дредноута, астероида и россыпи обломков начали расползаться новые отметки наших ботов, спасательных транспортов и инженерных платформ. Тихая, будничная возня после боя. Самая неприятная часть любой победы. Пока мы стреляем, всё просто. Свой, чужой, сектор, цель, приказ. А потом начинается настоящее дерьмо: вытаскивай раненых, считай погибших, собирай разорванные корабли по кускам и думай, как жить с тем, что только что наворотил.
— Рома, спасработы в приоритете, — повторил я. — Всё, что ещё дышит, тащите в медотсек. Если мест не хватит — разворачивайте полевой госпиталь на дредноуте. Используйте цитадель, командный сектор, хоть ангар — мне без разницы.
— Уже делаем, — ответил он. — Кира своих медиков туда же погнала. И да… по обломкам есть находки.






