Несколько аварийных капсул с поверхности астероида, две платформы с выжившими и один десантный бот, побившийся о метеориты. Там ещё живые.
— Сколько?
— Пока семнадцать. Из них шестеро тяжёлых.
Я кивнул.
— Доставайте.
Над системой медленно всплывали новые слои данных. Орбитальные станции. Грубые, уродливые, слепленные будто из всего, что когда-то удалось спасти с дредноута и наскрести на астероидах. Доки. Несколько кустарных транспортников. Пара вооружённых корыт, которые по недоразумению ещё считались боевыми кораблями. И вокруг этого добра — поля обломков после боя.
Целое столетие люди тащили сюда металл, композит, кабели, контейнеры, старые двигатели, каркасы челноков, целые отсеки разбитых кораблей. Ремонтировали, переделывали, бросали, строили новое поверх старого. Космическая свалка, которая с каждым десятилетием только росла.
— Командир, — тихо произнёс корабельный искин. — Аналитический блок завершил предварительную оценку состояния колонии и последствий её существования для планеты.
Я чуть поморщился.
— Давай.
На голограмме поверх карты планеты легли новые контуры. Зоны добычи. Выработанные карьеры. Следы химических сбросов. Изменённые русла рек. Пятна загрязнения в океанах. Искусственно выжженные лесные массивы. Следы интродуцированной флоры и фауны. Картина получилась паршивая.
— Общий вывод? — спросил я.
Искин ответил своим обычным спокойным голосом, будто речь шла о погоде за бортом.
— Ситуация неблагоприятна.
— Конкретнее.
— Зафиксировано масштабное вмешательство в биосферу планеты на протяжении приблизительно ста стандартных лет. Колонистами изменены геохимические циклы нескольких регионов, загрязнены водные бассейны тяжёлыми металлами и продуктами переработки топлива, частично заменён исходный состав почв, локально уничтожены природные цепочки хищник-жертва, а также внедрены десятки видов инопланетной флоры, микроорганизмов и сельскохозяйственных животных.
В рубке стало совсем тихо. Даже Рома не сразу что-то сказал. Я медленно опустился глубже в ложемент.
— Итог?
— По расчётам аналитического блока, без внешнего вмешательства планета восстановит базовую экологическую стабильность через длительный период. Однако исходная линия естественной эволюции уже нарушена необратимо. Вероятность зарождения на планете разумной жизни местного происхождения в горизонте ближайших нескольких миллионов лет оценивается как крайне низкая. В ряде сценариев — практически нулевая.
У меня дёрнулась скула. Кира первой нарушила молчание.
— То есть они не просто поселились, — тихо сказала она. — Они ещё и убили будущее этого мира.
Искин тут же ответил:
— Формулировка эмоциональна, но по сути близка к аналитическому выводу.
Старый капитан сидел у стены и смотрел в пол.






