ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это продолжение истории о потомке Петра. Я оказываюсь в эпохе, когда правит Елизавета Петровна, и моё сознание соединяется с сознанием Петра Фёдоровича. Теперь я — иной наследник русского престола, и я намерен стать значительнее, чем был он. Цесаревич Денис Старый Это продолжение истории о потомке Петра. Я оказываюсь в эпохе, когда правит Елизавета Петровна, и моё сознание соединяется с сознанием Петра Фёдоровича. Теперь я — иной наследник русского престола, и я намерен стать значительнее, чем был он. ==================== Пролог Пролог Три года, интереснейших три года, прошло в моей новой жизни. Я должен благодарить некую организацию, которая меня, Сергея Викторовича Петрова, весьма небедного в двадцать первом веке человека, перенесла в прошлое. Тогда, уже отчаявшись выздороветь, истратив немало средств, но главное, сил, я обратился к шарлатанам, только так я относился ко всякого рода дельцам, спекулирующим на жажде жизни безнадежно больных людей. И ведь получилось. Да, результат вышел, мягко сказать, спорным, — я не выздоровел в своем времени, но оказался в другой, уже ставшей более «своей» эпохе. После блужданий по сознаниям убитых императоров, я очнулся в теле Петра III и… опять был убит. Можно было предположить, что это продолжится и далее, в истории еще хватало убиенных властителей и России и Московского Великого княжества и Древней Руси, но, нет — неведомая сила остановилась на личности Петра Федоровича. Это тот самый некоронованный император, если не считать причуды ег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И в этой обстановке самый удобный случай ударить по России, тем более, что наши резиденты начали работать и среди запорожских казаков, есть у нас и влияние на Польшу, несмотря на то, что там правит ставленник России.

— Очень заманчиво, но я не желаю войны, только полтора года назад я заключил мир с Персией, армия слаба. Да и Пруссия в союзе с Россией — серьезный противник для вас, французов. Зачем же мне встревать в ту замятню, что обязательно начнется в Европе, — сказал султан с неким азартом, ему нравилось говорить о политике, словно играя в шахматы, а игроком он был великолепным, многим лучше, чем ювелиром, профессию которого пришлось освоить в дань старинных традиций воспитания будущих султанов.

Гравье так же нравилось повышать свою значимость бравированием знаниями о политических раскладах, да и поддержать разговор с султаном было важно, поэтому он высказал и собственное мнение:

— Австрия не станет разрывать союз с Россией. Зачем? Просто армия австрийцев не ступит на земли Османской империи, а польские конфедераты с лихими казаками ударят в спину русским полкам. Что же касается Пруссии, то она сильна армией, но крайне затруднительна в серебре. Англия из союза с Россией и не выйдет, денег у Пруссии не будет, а выскочке Елизавете не получить деятельной помощи от собак [оскорбительное название англичан, как немцев боши, или французов — лягушатники, еще англичан могли называть лаймами].

— Что предлагает мне Франция? — после достаточно долгого размышления, Махмуд принял позицию посланника, она не лишена логики, но посоветоваться с визирем было бы в любом случае правильным.

— Три миллиона ливров серебром сейчас на покупку французского оружия, пушек, карабинов, до пяти сотен французских инструкторов — артиллеристов, пехотных офицеров, инженеров, морских офицеров, штабных офицеров. Они уже могут начинать прибывать через полгода и работать. Кроме того, во время войны, Франция, естественно тайно, предоставит своих артиллеристов для непосредственных сражений, — перечислил Гравье поистине большую помощь, которую предлагала османам Франция.

— Три миллиона мало, четыре будет вполне достаточно. Но, я не стану гарантировать войну, несмотря на то, что считаю ее неизбежной. Двум империям, российской и моей, суждено биться, — это законы мироздания, — ответил султан, припомнив, что чуть более трех лет назад, по наущению и за деньги Елизаветы, запорожские казаки сожгли Керчь лихим налетом, а он, Махмуд I это стерпел, даже послал большой рубин в знак замирения.

Но тогда австрийцы сильно настаивали на прощении глупой русской бабы, не хотела Мария-Терезия воевать с султаном, как того требовал союз России и Австрии. Теперь многое меняется. Да и султан был сильно занят отношениями с Персией.