ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Коська продолжает свой путь по Великому московскому княжеству. С нашествием Тохтамыша вроде справились, но хану удалось вырваться в степь. Теперь жди беды: не такой он человек, чтобы простить обиду. Вернётся с новыми силами, а то и пожалуется на нас Тамерлану. Семнадцать Андрей Шопперт Коська продолжает свой путь по Великому московскому княжеству. С нашествием Тохтамыша вроде справились, но хану удалось вырваться в степь. Теперь жди беды: не такой он человек, чтобы простить обиду. Вернётся с новыми силами, а то и пожалуется на нас Тамерлану. ==================== Глава 1 Глава 1 Событие первое — Пять тысяч рррублей. — Пять тысяч рублей? — Касьян зажмурился пять тысяч перемножая на сто шестьдесят грамм и деля на тысячу, чтобы в килограммы перевести… м… Восемьсот килограмм. — Пятьдесят пудов серребра, — видя, что лекарь хреновый математик, подсказал ему Дмитрий Иванович. — У меня нет таких денег, — Коська сразу ляпнул, чтобы у Великого князя и мысли не возникло, что перед ним сидит человек у которого есть в кармане чуть не тонна серебра. — Я часть дам в долг, — Дмитрий Донской глянул на двоюродного брата. Владимир Андреевич (пока не Храбрый) кивнул, рукой волосатой махнул и ещё раз кивнул: — Десять пудов дам. На три года. Только для Серпухова пушек тоже нальёте с мастером твоим. Не верил в шутовство это. А получилось эвон как. — А я трридцать дам. Тоже на трри года. Ну и прравильно брррат говоррит, пушек надо и для Москвы, и для… Коломны. Прро Владимирр забывать не след. На тррё

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если быстро идти то от подворья Вельминовых до княжеской новой хоромины можно и за пару минут добраться. Ратник же почти бежал. Эдакая спортивная ходьба, только с нарушениями, за которые спортсмена обязательно дисквалифицируют. Отрывал обе ноги одновременно. Коська вытянулся на голову выше ратника и одет легко, потому, широко шагая, не отставая от олимпийца, гадал чего опять случилось у Дмитрия свет Ивановича, вот же вчера поутру виделись.

На крыльце резном красивом стоял тестюшка Тимофей Васильевич, и Боброк, и Кошка Фёдор Андреевич ещё и все чего-то кричали друг на друга. Увидели подходящего к ним Касьяна и замокли. Глядели на Коську с вызовом. Вот сейчас мы тебе покажем.

— Здравы будьте бояре! — князю с боярами положено с коня через губу здороваться, но раз уж пешком прибыл, то Коська даже кивнул каждому. Не зазорно. Заслуженные люди, вои смелые и опытные. И вообще типы положительные.

— Пошли, Касьян Иваныч, беда у нас. Дмитрий Иванович тебя только и ждёт. Беда сурьёзная.

Поднялись на второй этаж (поверх), а там не протолкнуться от бояр. У Коськи в Ростовском княжестве их за пять десятков, тут поменьше, но тоже считать начнёшь так собьёшься.

Народ шептался. Ну, это они думали, что шепчутся, но так как шептались все, то гул стоял, как в потревоженном улье и из этого общего шума, то там, то здесь вылетало одно общее для всех слово — Тохтамыш. Чуть реже пробивалось «ордынский царь».

Коська сложил два плюс два. Четыре получилось. Нет, не четыре, получалось, что как он и сказал вчера Дмитрию Донскому… как там его? Иван… Викторович? Нет. Владимирович? Точно. Иван Владимирович Пронский съездил в Орду, получил ярлык на Великое княжение и команду от Тохтамыша, захватить и сжечь Москву. И вынудить Дмитрия Ивановича с выходом теперь уже за три года быстренько лететь в Сарай Берке. Пять тыщ да на три — это пятнадцать тыщ, да шестнадцать кило пуд весит, итого хочется хану Тохтамышу получить единоразово две с половиной почти тонны серебра. Нда, кто бы не захотел? Два с половиной разделить на десять и кубический корень. М… Больше шестидесяти сантиметров длинна ребра у такого кубика серебряного. Да где столько серебра взять?

— Касьян Иванович! — увидал Коську Владимир Андреевич Серпуховской и поманил рукой поближе к лавке, за которой князья сидели. Третьего Коська не знал, взрослый такой здоровый дядюган, а вот Василия двенадцатилетнего узнал, и ещё одного молодого парня вычислил, это должно быть и есть сын Олега Рязанского Родослав Ольгович.

— Садись Касьян Иванович. Голубь известие из Переяславля-Рязанского принёс. Принёс, лучше бы не приносил. Получил Иван Владимирович Пронский ярлык на Великое княжество Рязанское и войско в пять тысяч поганых, чтобы Москву захватить.