ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Коська продолжает свой путь по Великому московскому княжеству. С нашествием Тохтамыша вроде справились, но хану удалось вырваться в степь. Теперь жди беды: не такой он человек, чтобы простить обиду. Вернётся с новыми силами, а то и пожалуется на нас Тамерлану. Семнадцать Андрей Шопперт Коська продолжает свой путь по Великому московскому княжеству. С нашествием Тохтамыша вроде справились, но хану удалось вырваться в степь. Теперь жди беды: не такой он человек, чтобы простить обиду. Вернётся с новыми силами, а то и пожалуется на нас Тамерлану. ==================== Глава 1 Глава 1 Событие первое — Пять тысяч рррублей. — Пять тысяч рублей? — Касьян зажмурился пять тысяч перемножая на сто шестьдесят грамм и деля на тысячу, чтобы в килограммы перевести… м… Восемьсот килограмм. — Пятьдесят пудов серребра, — видя, что лекарь хреновый математик, подсказал ему Дмитрий Иванович. — У меня нет таких денег, — Коська сразу ляпнул, чтобы у Великого князя и мысли не возникло, что перед ним сидит человек у которого есть в кармане чуть не тонна серебра. — Я часть дам в долг, — Дмитрий Донской глянул на двоюродного брата. Владимир Андреевич (пока не Храбрый) кивнул, рукой волосатой махнул и ещё раз кивнул: — Десять пудов дам. На три года. Только для Серпухова пушек тоже нальёте с мастером твоим. Не верил в шутовство это. А получилось эвон как. — А я трридцать дам. Тоже на трри года. Ну и прравильно брррат говоррит, пушек надо и для Москвы, и для… Коломны. Прро Владимирр забывать не след. На тррё

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Эти даже с запасом. А вот чего нет, так это лишних десяти длинных пищалей. Ну, в ближнем бою короткая может и лучше даже. Заряжать точно быстрее. Есть три кулеврины из которых одна тоже длинноствольная — снайперка. Всё, генуг, из артиллерии больше нет ничего. Разве Игнат успеет отлить ствол одного Единорога. Так ещё ведь канал нужно калибровать. Это неделю занимает. Ну, чего при осаде в Кремле, если она состоится — пригодится. В самом Кремле у Пушкина есть и Единороги и кулеврины и гранатомёты и главное — обученные за год команды.

А что у него с ратниками?

Стоп, у него брат Касьян обучает двадцать пять элитных лучника в Барвихе, и в Ростове ещё двадцать пять. И это сила.

Так с ратниками? Из двухсот пятидесяти ветеранов в Ростове осталось ровно сто, остальные либо в Вологде, либо по крепостцам. И есть ещё сто семьдесят новиков. Плюс боярские дружины… Ну ещё сто тридцать — сто пятьдесят. Итого четыре сотни воев настоящих на конях и в полном доспехе. Если по большому счёту, то в Москве настоящих ратников не больше. Да партизаны, да лучники. Ещё семьдесят. Почти пять сотен воев. И это против жалких семи тысяч у Пронского! Да, хоть восьми! Дебил он малахольный, если решил с такими куцыми силами войнушку начинать. На что надется? Трупами завалить⁈ Нда. Печально. Только и остаётся, что ёрничать.

— Эх, жаль сухариков… Тимофей Васильевич, выйдем давай, пусть кричат себе. Делом нужно заниматься. Аким мне нужен.

Конец книги.