Есть и в Шайковке, Рязани…
— Ты можешь оформить туда перевод и спокойно ехать служить в эти «прекрасные» места. А Родин поедет во Владимирск, поскольку это предусмотрено планом вступительных испытаний. Вопросы, Коля? — спокойно ответил Маратович, и Морозов больше не возникал.
— Так, каков наш план действий, Рашид Маратович? — спросил я.
— В понедельник на «рейсовом» Як-40 со всеми полетите. Там поступите в распоряжение полковника Брилёва — начальника школы лётчиков-испытателей Владимирского Центра.
Встреча с Батей будет весьма интересной. Представляю, насколько он удивится моему прибытию во Владимирск.
— Сколько нужно нам сделать полётов? — спросил я.
— Программой предусмотрено проведение не менее трёх полноценных вылетов. Полётное задание определит вам Брилёв, — сказал заместитель начальника.
Мухаметов объяснил, что в этом году принято решение об обмене опытом двух школ между собой. Военные испытатели — лётчики, слушатели, инженеры, прибудут в Циолковск. А во Владимирск поедут представители с местной школы испытателей.
— Мы и так взаимодействовали постоянно на уровне Министерств и в процессе испытаний. А вот школы будут впервые подобное мероприятие проводить, — сказал Мухаметов.
— Это чтобы в собственном соку не вариться? — поинтересовался я.
— И поэтому тоже. Готовьтесь и учите матчасть, — сказал Мухаметов.
Утро понедельника наступило быстро. За изучением Инструкции экипажу Ту-16 я и не заметил, как приблизился момент нашего отлёта во Владимирск.
За эти дни, Швабрин успел съездить в Москву, чтобы проведать племянницу Сонечку.
Дальневосточное трио затянуло Борю Чурикова в водоворот таких событий, что я не видел своего соседа до самого утра понедельника. И когда он открыл дверь нашей комнаты, его видок оставлял желать лучшего.
Рубашка нараспашку, а слабый запах вчерашнего «праздника», то есть перегара, был очень стойким. В руках у Бориса была литровая стеклянная банка, только что собранной с грядки, клубники.
— Похоже, ты за нас всех эти дни отрывался, — сказал Швабрин, вытираясь после душа.
— Мужики, я был в стратосфере, — сказал Боря, слегка запинаясь.
— Оно и видно, — улыбнулся я, принимая клубнику из рук Чурикова. — И с кем летал? — спросил я, учуяв к тому же и запах женского парфюма от нашего соседа.
— Она… ой, — почесал затылок Боря, вспоминая имя девушки. — Света? Лена? Или Вика?
— Наверное, клубника? — посмеялся Ваня, но Боря отрицательно замахал головой.
— Вероника? — спросил я, вспоминая одну из надоедливых песен из будущего.
— Тоже нет, — задумался Боря. — Блин, я же не усну, пока не вспомню.
— Ну, спать тебе недолго осталось, — сказал я и показал время на часах.
Боря сильно расстроился, что ему теперь придётся мучиться весь день.






