ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Путь авианосного крейсера «Леонид Брежнев» не окончен. Испытатель Сергей Родин снова в гуще схватки за Ливию. Попасть на чужой американский корабль ему несложно. Настоящая задача — выбраться оттуда к своим. Авиатор 14 Михаил Дорин Путь авианосного крейсера «Леонид Брежнев» не окончен. Испытатель Сергей Родин снова в гуще схватки за Ливию. Попасть на чужой американский корабль ему несложно. Настоящая задача — выбраться оттуда к своим. ==================== Глава 1 Глава 1 Выравниваю самолёт у самой земли. Затылок прижало к подголовнику. Грудь сдавило, что не продохнуть. — Вы… вывели, — расслабился Морозов, который последние несколько секунд молчал. И на этом ещё проблемы не закончились. Яркий свет луны пунктиром перечеркнули очереди из зенитных установок. — Вправо уходим. Теперь слева. Выше, выше! — продолжал подсказывать Николай. Одна за другой рядом возникали светлые линии снарядов, выпущенных из зениток. Давно я так низко не маневрировал! Будто снова оказался в Панджшерской долине. — Свои! Свои! — кричу в эфир, да только кто меня в этих «Шилках» услышит. Ручку отклоняю на себя и набираю высоту. В последний момент вижу, как на меня мчится тёмный силуэт. Разбираться не стал. Включил форсаж. Да так, что губами не пошевелить. — Кто это? — Смотрю, — отвечает Николай, я пока делаю переворот. Вспышка, и от тёмного силуэта, будто что-то отделилось. Надеюсь, это катапультировался экипаж. Второй всплеск света, и огненный шар, в который превратился самолёт, падает вниз. Выравниваю само

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

25 декабря 1990 года, Вера Родина, Циолковск.

Дни в преддверии Нового года тянуться долго. С каждым разом всё сложнее и сложнее приходить домой, не проверив почтового ящика. На каждый телефонный звонок бегу сломя голову.

— Мам, смотри, — показала мне Вика рисунок.

Не нужно иметь богатое воображение, чтобы понять мысли моей дочери. Картинка с любого ракурса напоминает силуэт самолёта. Как же иногда сложно слышать рёв двигателей над Циолковском и думать, что Серёжа ещё не приехал.

— Умница, дочь, — похвалила я Вику и продолжила наряжать ёлку с мамой и бабушкой Надей.

Краем глаза поглядываю в телевизор, но ничего хорошего там не передают. Стрельба на Балканах, волнения в Африке и революции в странах Восточной Европы. Чем дальше, тем хуже. Хоть не смотри и не слушай. Но вдруг что-то передадут про Конго, и там мелькнёт наш папа. Вот Вика обрадуется!

— Верочка, ну не изводи себя. Он когда звонил? — спросила мама.

— Позавчера в 19:32, — ответила я, запомнив с точностью до минуты время звонка.

— Не переживай. Там работы много. Она важная. До Нового года обещал вернуться? — спросила бабушка Надя, подойдя к Вике и подтянув ей колготки.

— Обещал, — выдохнула я.

— Значит, так и будет.

И всё равно тревога меня не отпускает. В такое время для страны можно ждать чего угодно. Серёжа выходит на связь, успокаивает, говорит не переживать, это многим помогает лишь до определённой степени.

Чем больше думаю, тем больше руки трясутся. А ведь у меня сейчас стеклянный шар, который может упасть и разбиться. Мама и бабушка Надя точно видят это, но я изо всех сил пытаюсь успокоить себя.

— Доченька, давай я возьму этот шарик, — подошла ко мне сзади баб Надя.

Её руки показались такими тёплыми, когда она забирала у меня ёлочную игрушку.

— Сядь, Вер. Не накручивай себя. Лучше телевизор посмотри. Вон, Горбачёв будет сейчас выступать. Опять что-то про договора и перестройку, — махнула мама.

На телеэкране и правда высветилась заставка с надписью «Выступление президента СССР М. С. Горбачёва». Я присела в кресло, а бабушка Надя прибавила звук на телевизоре.

— Надежда Петровна, ничего там важного он нам не скажет…

— «Я прекращаю свою деятельность на посту Президента СССР. Принимаю это решение по принципиальным соображениям…» — произнёс Горбачёв с экрана.

Мама чуть ёлку не свалила, а баб Надя схватилась за сердце. Я уже подумала ей плохо, но это были просто эмоции.

— Как так⁈ — хором воскликнули мы.

В течение десяти минут Михаил Сергеевич читал обращение, нервно посматривая в камеру. Он явно был обеспокоен и переживал. У меня же в голове творилось что-то невообразимое.

— А дальше-то что? — спросила мама, будто обращаясь к Горбачёву.

Ответ не заставил себя ждать.

— «Согласно статье 127.