— Всем даже внутри места не хватило, пришлось во дворе усаживать. — Обозначила масштаб работы девушка.
У Попела от этих слов захолодело внутри. Он принялся лихорадочно думать, что делать.
Далеко не все время, проведенное им в Ростоке, оказалось потраченным зря. Поначалу он старался усердно перенимать знания у доктора Кноринга и даже несколько раз ассистировал во время приемов и обследований. Конечно, это не сделало его настоящим врачом, но все же…
Начиналась учеба с общих лекций по анатомии и признакам болезней, а также диагностике. Но, не заметив интереса со стороны молодого чеха, профессор махнул на него рукой и направил по значительно менее почтенной стезе хирурга-цирюльника.
Вацеку стали доверять подавать инструменты во время операций и помогать удерживать зажимы, накладывать тампоны и делать перевязки. Отдельной темой стало выдергивание зубов с помощью устрашающего вида щипцов.
Без особого удовольствия признав, что навязанный ему судьбой ученик весьма ловок, решителен, не боится вида крови и обладает твердой рукой, Кноринг допустил его до шитья простых поверхностных ран и помощи в сопоставлении отломков костей при переломах, наложении шин и лубков, а также вправлении вывихов. Хотя доктор был далеко не единственным в городе с почти пятнадцатитысячным населением квалифицированным специалистом, поток больных к нему никогда не прекращался.
Так что орудовать иглой и ниткой Вацлав научился неплохо. Уже незадолго до бегства из Ростока наставник начал поручать ему производить простые разрезы. И как раз сходную операцию ему и пришлось с таким блеском провести уже в России для полковника Панина.
Так что зрелище десятков раненых, пусть и до дрожи в коленках пугало Вацлава, но одновременно представлялось его рациональной, начинающей формироваться профессионально-врачебной части сознания огромным источником знаний и навыков, ибо практика для хирурга это главное.
Прибыв в столицу Русского царства, молодой мораванин поневоле попал в круг общения живущих там врачей, которым и в голову не пришло интересоваться его квалификацией. Напротив, они сразу приняли его за своего, а потому поспешили уведомить об обязательных требованиях со стороны лично царя Иоганна. В сущности, они были очень просты.
Всякий доктор, а равно и его помощник, перед осмотром и тем более перед операцией обязаны тщательно мыть руки с мылом, использовать для промывки ран и инструмента настои из кипяченой воды с подорожником, калиной, шалфеем, календулой и ромашкой, а сами инструменты еще и желательно хорошенько протирать крепчайшим хлебным вином. Объяснялось это некими мелкими болезнотворными организмами, якобы и переносящими заразу.






