ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лакомство! Его предназначение — уплетать вкуснятину. А теперь попробуй-ка разжиться пирогом среди людей, когда ты — гигантский червезмей с пастью, полной клыков. К тому же сородичи-шорготы основательно подпортили репутацию. Бездушный Kornyal Walden Лакомство! Его предназначение — уплетать вкуснятину. А теперь попробуй-ка разжиться пирогом среди людей, когда ты — гигантский червезмей с пастью, полной клыков. К тому же сородичи-шорготы основательно подпортили репутацию. ==================== Пролог Глава 1 Пролог Глава 1 Жизнь была прекрасна до того, как я решил украсть душу. Но начнем по порядку. Моя прекрасная жизнь составляла ползанье в Угрюмом Болоте, которое было абсолютно ужасно по меркам большинства существ, называемых людьми, но мило и дорого моему сердцу. Кхм… тому, что у шорготов вместо сердца. В общем, месту, где находится один из важных узлов жизнедеятельности. Словом, жил я не тужил, ползал, жрал все, что ни попадя. Иногда оно содержало в себе доспехи — железные и не слишком вкусные, но на Угрюмых Болотах выбирать не приходится. Ты либо жрешь все, до чего дотянешься, либо что-то дотянется до тебя. Зачем мне понадобилась душа? Хороший вопрос. Я был бездушен, как и все шорготы и совершенно не переживал по этому поводу… Долго. Так долго, что в мире людей, должно быть, сменилось множество поколений. Что послужили нам пищей и развлечением, когда некоторые из них призывали шорготов в свой мир. Должно быть, дело в этом. В их Призывах. Когда тебя призывают, это гораздо инте

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но стражники, за исключением бывшего отряда наемников до сих пор держались со мной настороже. Видели бы они мою прежнюю форму! Вот бы перепугались знатно!

— Но мы не можем бросить Киаварна, — добавил я, с печалью глядя, как в глазах Лайлы появляется разочарованный огонек. — Только не сейчас.

— Да уж! — хмыкнула, признав очевидное моя магиня. — Без тебя все эти принцессы, что съехались на балы его просто на части порвут!

Я и правда выступал своеобразным телохранителем Киаварна. То есть, Тильзан справлялся с этой почетной обязанностью ничуть не хуже. Не трудно охранять того, кто сам скрутит любых нападающих и еще обрадуется, что смог размяться. Но вот от принцесс и знатных дам, крутившихся подле Киаварна стаей голодных волчиц его защитить мог только я. При виде моих рогов и смурной рожи они отступали хотя бы немного и принимались шептаться не о достоинствах будущего короля, а о то, где он раздобыл в охранники такого урода!

Кстати, каждую, кто меня так назвал Киаварн высылал из дворца незамедлительно. Наемник заявил, что его супругой не станет та, что судит других столь поверхностно. Как по мне, так он забраковал уже с десяток принцесс и не собирался останавливаться на достигнутом. Потому что у всех них был один изъян. Ни одна не была Сефиной.

Но все же Киаварн вынужден был жениться и понимал это. Хоть Кавертину и пришлось его уговаривать несколько лет! В конце концов, когда король полностью отрекся от власти и передал ее сыну, как он и предсказывал, Киаварн ощутил ответственность за все королевство. Так что он объявил нам с Малройдом, что женится и велел магу разослать соответствующие письма в соседние королевства. Малройд по обыкновению проворчал, что заниматься дипломатией не его прямая обязанность, но все же помог с выбором приглашенных принцесс, посоветовав наиболее выгодные партии с политической точки зрения.

Вид перед очередным балом у Киаварна был такой, словно мы с Диком сопровождали его в петлю, а не на танец, где он смог бы узнать получше иноземных принцесс. Впрочем, после бала он немного приободрился.

— По крайней мере, они красивы! — с тоской в глазах заявил Киаварн.

— Да! — хмыкнул Дик, который давно уже привел во дворец свою возлюбленную и теперь жил с ней не в казарме, как полагалось стражникам, а в отдельных покоях вроде тех, что выделили нам с Лайлой, только чуть меньше, соответственно рангу. — А еще умны, хорошо образованы и обучены с детства править!

— Любая из них станет тебе верной и надежной соратницей, — добавил Малройд.

Впрочем, сомнение в глазах мага ни от кого из нас не укрылось. Задержавшаяся в бальной зале, чтобы поболтать с чьей-то иноземной фрейлиной, Лайла вышла к нам. Щеки магини раскраснелись от быстрого танца.