ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тут и жалость, и безжалостность, и прошлое, и то, что будет, и упование, и отрицание, и Высшая сила, и весь свет, и рассудок, и дурь. В общем, обо всём запретном для разговора. Девятый Сергей Лукьяненко Тут и жалость, и безжалостность, и прошлое, и то, что будет, и упование, и отрицание, и Высшая сила, и весь свет, и рассудок, и дурь. В общем, обо всём запретном для разговора. ==================== Пролог Пролог ДЕВЯТЫЙ Разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более дела житейские? 1Кор.6,3 Пролог Здесь нам не Юпитер. Здесь всё иначе. «Стрекоза» шла в пятидесяти тысячах километров над Кольцом, со стороны северного полюса Сатурна. Я развернул истребитель фонарём вверх и смотрел, как ползёт по делению Энке крошечная светлая точка — спутник Пан. Если вывести на оптически прозрачный титан кабины фотоувеличение, то спутник можно рассмотреть получше, но я всегда любил смотреть глазами, пусть это сейчас и странно. Хотя Пан забавный, он похож на пельмень. Каменный тридцатикилометровый пельмень, прорубающий себе дорогу через Кольцо. — Каппа-один, жду доклад, — раздался голос Эриха. — Синий-два… — я запнулся. — Каппа-четыре, всё чисто. Противника не наблюдаю. — Так чего ждёшь? — раздражённо поинтересовался Эрих. — Давно кровью не потел? Я кинул взгляд на индикатор. Зелёный, защита пока держит. Но Эрих прав, как только вакуум сожрёт остатки защитной пены, доза резко поползёт вверх. — Каппа-четыре, сбрасываю «шипы», — отрапортовал я. Искин вычленил команду. По экранам пробе

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но ты хотел что-то предложить, сигма-один?

— Верно, — сказал я. — Кто-то должен сыграть меня. Говорить через нейронку, с правкой голоса. Выйти вперёд, остальные будут изображать эскорт. Если цель вонючек действительно моё уничтожение, и они знали, что у меня нет тушек, то атакуют подставного. А остальных и преследовать вряд ли станут.

— Хороший план, — согласился Джей. — На крайний случай мы все с тушками, даже ты. Но лучше не рисковать. Проверим, вонючки они на самом деле или просто плохо пахнут.

Хелен сдавленно захихикала. Слово «вонючка» для неё было каким-то верхом непристойности. А вот куда более грубые слова она словно не замечала.

— Давайте! Тогда я вместо Свята!

— Почему ты? — спросил я.

— Потому что летаю хуже, чем вы! — ответила Хелен. — Если надо будет удирать, то лучше без меня. А я сразу домой!

Я посмотрел на Борю, тот зажал выключатель микрофона и шёпотом произнёс:

— Она хочет попробовать воскреснуть!

Через мгновение Хелен продолжила:

— Если они меня убьют, и ангелы меня воскресят, то я больше вспомню про вас! Как мы летали и сражались!

— Ты боевая храбрая девчонка, — сказал Джей неожиданно мягко. — Тебе не страшно?

— Мы же с ангелами, — удивилась Хелен. — Они не дадут меня в обиду.

— Каппа-один, — сказал Эрих. — Её предложение имеет смысл. Если была какая-то утечка информации, то вонючкам известно, что позывной каппа-четыре принадлежит Святославу Морозову. А рано или поздно Хелен всё равно придётся рискнуть и пройти через воскрешение, как и всем нам.

— Договорились, — сказал я, помедлив. — Тогда Хелен двигается первой, мы изображаем эскорт.

— Каппа-один, — скомандовал Эрих. — Запускаем программу перелёта. Свят, ты не против?

— Не против. Командуй.

Боря, даже не спрашивая, отдал искину команду, и тот начал разворачивать истребитель, готовясь к разгону. Я ёрзал, пытаясь устроиться поудобнее.

Теоретически наши машины рассчитаны на взрослых, ведь в них летают и те немногие счастливчики, кто дожил до двадцати в одном теле.

На практике надо привыкнуть к тому, что кабина очень маленькая. Подростку в ней просторно, а вот взрослому надо приспособиться, день за днём, вылет за вылетом. И фонарь кабины прямо над головой, и вытянуться нормально невозможно.

— Тесно, Свят? — спросил Боря.

— Потерплю, — ответил я.

— А мне так хорошо, так просторно! — весело сказал альтер.

Всё-таки дети — не очень добрые по натуре. Я это точно знаю, я совсем недавно таким был. И тоже не упустил бы возможность постебаться.

Переход случился без предупреждения. Может быть, конечно, я заснул. Но мне показалось, что всего лишь моргнул — и мир изменился.

Только что глухо гудели двигатели, мерно и успокаивающе попискивали датчики, со стороны Бори доносился приглушенный шёпот — он слушал какую-то книжку, кажется, даже не художественную.