ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Подполковник Нечволодов, под чьим началом находился самоходный артиллерийский дивизион, и помыслить не мог, что вместо учений ЗАПАД-81 его часть забросит в 1941 год — к Владимиру-Волынскому, где им придётся схлестнуться с Вермахтом. Так дан старт лихому сюжету. Около двухсот солдат и офицеров Советской Армии встают против всей махины нацистской Германии — группы армий «Юг». При этом Нечволодов отдаёт себе отчёт: обороняя родную землю, он одновременно вторгается в ход истории, и чем это аукнется, не знает никто. Опорой ему служат люди его дивизиона. Тема попаданцев изъезжена вдоль и поперёк: то и дело натыкаешься на сцены, уже виденные в других книгах. Почти весь текст таких романов — сплошные набившие оскомину клише. Первым толчком для меня стал Дмитрий, а Влад Тарханов поступками своими помог обрести веру в себя.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Нежно приобняв любимого человечика, на ушко прошептал:

— Кто у тебя молодец?… Я у тебя молодец!!!

— Хвастунишка ты у меня Нечволодов… Сил у меня больше нет!

— Нет мать, я у тебя большой молодец! Как мой лейтенант на командно-штабной игре всех за пояс заткнул!

— Это кто?

— Миша Бак!

— А-а-а… Он всех за пояс заткнул, а ты молодец?

— Каждый успех подчиненного, есть заслуга и доблесть его непосредственного и мудрого командира!

— Между прочим, на Бака твоего прямо смотреть тяжко. Почти три недели, ни одного письма не получил. На почту, как на службу ходит… В восемь тридцать, в четырнадцать и в девятнадцать… Маша-почтальонша совсем уж… Я ей говорю — он письмо ждет, у него невеста в Одессе осталась… А она свое — та далеко, а я рядом…

— Да… насколько мне известно, там целый роман в письмах.

— Так женился бы, раз так серьезно.

— Ее отец против, пусть сначала мол, собственное жилье получит, а там поглядит…

— Кто же ему холостому, самостоятельное жилье даст. У нас многие женатые в общежитии живут, да еще и с детьми. Ты уже в капитанах ходил, да сыну четыре года было, когда мы первую квартиру получили…

— А мне кажется, морочит эта мадемуазель, голову Мишке… прямо жаль парня!

— Кто бы нас бедных девушек пожалел, а?

— Девчонок мать всегда жаль… Только, вот вы меня совсем не жалеете, я имею в виду лично вас, Жанна Михайловна!

— Ты же крайне легкомысленный человек, Нечволодов! Как тебе дивизион доверили, удивляюсь? Тебе бы еще в индейцев играть…

— Хочешь, я тебе военную тайну открою? Но только смотри — никому!

— Все настоящие артиллеристы — индейцы! Например генерал Йохим Лимензен — обычный индеец. Да… Он сам потом в этом признался, правда в очень узком кругу…

— Ладно индеец, кушай давай!

Немного поговорив перед сном, жена пошла укладывать детей, а я в спальню. Через неприкрытые двери было слышно как она им на ночь читает сказку. Через полчаса она неслышно зашла в комнату и присела на кровать.

— Уснули… — с теплотой в голосе сообщила она.

— Умница ты у меня! Умница! — любовно целуя ее руку и прижимаясь головой к бедру, посмотрел ей в глаза. Глаза были большие, веселые. Развернувшись ко мне она положила свою правую руку мне на глаза и поцеловала, всем телом прижалась плотнее и замерла так на несколько секунд…

Казалось только уснул, когда меня вдруг разбудил резкий телефонный звонок. Еще не сняв трубку, бросил взгляд на часы — три ноль-семь. В трубке раздался голос солдата-оповестителя:

— Товарищ подполковник, сбор по тревоге!

— Понял.

Еще не положив трубку на аппарат, уже мягко теребил плечо жены: — Жанна… — она, сладко потягиваясь, промурлыкала:

— Да, милый…

— Тревога!

Ее как облили холодной водой…

— Вот черт!

…Сигнал сбора. Привычный ход жизни сразу изменился.