ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Подполковник Нечволодов, под чьим началом находился самоходный артиллерийский дивизион, и помыслить не мог, что вместо учений ЗАПАД-81 его часть забросит в 1941 год — к Владимиру-Волынскому, где им придётся схлестнуться с Вермахтом. Так дан старт лихому сюжету. Около двухсот солдат и офицеров Советской Армии встают против всей махины нацистской Германии — группы армий «Юг». При этом Нечволодов отдаёт себе отчёт: обороняя родную землю, он одновременно вторгается в ход истории, и чем это аукнется, не знает никто. Опорой ему служат люди его дивизиона. Тема попаданцев изъезжена вдоль и поперёк: то и дело натыкаешься на сцены, уже виденные в других книгах. Почти весь текст таких романов — сплошные набившие оскомину клише. Первым толчком для меня стал Дмитрий, а Влад Тарханов поступками своими помог обрести веру в себя.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Прошу всех к карте… — Как только мы все подошли, он продолжил: — Итак наш полк вводится в бой с рубежа… Задача, подавить оборону противника… Подполковник Нечволодов! Ваш дивизион выдвигается на позиции по следующему маршруту — указка направляемая твердой рукой заскользила по карте, а один из моих комбатров морщит лоб: — долго дивизион будет выходить на огневые, может не успеть. Маршрут проложен рядом с болотом и еще дожди недавно прошли сильные…

Его поддержал другой комбат: — Треть дивизиона сядет!

— А почему такой пессимизм, капитан? — тут же вклинился в разговор посредник.

— Это реализм, товарищ подполковник. Трудная вводная, а у меня половина механиков-водителей — новички! Хоть и обкатанные, но не в таких условиях.

— Ваша недоработка майор, что ваши подчиненные приучены ездить только по ровной дорожке. И за это, по результатам учения спросят с вас! Выход на рубеж, атака — пять часов.

* * *

Уже второй час все «Гвоздики» моего дивизиона и приданный нам для прикрытия от атак с воздуха взвод «Шилок» тряслись на ухабах и рытвинах. Качались по обеим сторонам дороги обочины, редкие бугры и ямы, покрытые еще не до конца распустившийся травой, дрожали от передаваемой по земле вибрации, редкие пыльные кустики, и низкое тусклое небо тоже перекатывалось — медленно и тяжело, как палуба корабля при неспокойном море. Траки машин давили засохшие комки земли в колеях, и мне в гуле мотора чудился сердитый треск, почти как от грецких орехов, когда по ним проезжает легковая машина. Было холодно и неуютно от ночной прохлады, а еще тревожно. Командир разведдозора Джулай молчит в эфире с самого начала марша, а конечная точка маршрута уже близка, и такое молчание сто пудов не к добру. Руководит полковым тактическим учением сам комдив, а у него на маршах, ковровых дорожек не жди. И если пока ни одной каверзы не подстроил, значит, бдительность усыпляет.

Я заерзал в люке на подложенном под тухес (как говорят в Одессе) войлочном коврике, и оглянулся, словно боялся, что с моим дивизионом уже случилось что-то недоброе. Вид колонны, изогнувшей на повороте свое стальное длинное тело, немного успокоил. С такой силой да обосраться?

До чего несхожа пестрая расцветка карты с однотонным пейзажем вокруг! И попробуй угадать, где тебе могут устроить ловушку. Там ли, где маршрут дивизиона встречается с речной излучиной, или дальше, у самых огневых? Знает генерал-майор, где назначить ОП (огневые позиции)его батареям! Согласно карте, как будто нарочно сошлись тут холмы, оголив округу. А самое главное — единственная дорога к назначенной нам позиции проходит через эти чертовы холмы, которые овальной грядой стоят у меня на пути. Готовая крепость. Скаты холмов — надежней железобетонных стен.