Но не только это меня беспокоило. Я и остальные командиры дивизиона очень внимательно наблюдали за посредниками, которые как охотничьи собаки совали везде и всюду свои любопытные носы. Но пока слава богу замечаний и вводных от них не было.
Тридцать три минуты прохождения дамбы показались вечностью. Съехав с дамбы на остров и притерев свои «мотолыги» к старой мельнице, мы вместе с майором Едрихиным забрались на полуобвалившуюся стену и одновременно поднесли к глазам бинокли. От этой старой мельницы вверх по берегу реки густо росли камыши и тянулось широкое болото. Топкий берег густо порос камышом, из которого доносилось кряканье уток. Лишь время от времени слышался шелест камыша, а его шоколадные головки колыхались от теплого ветра.
Следующие за нашей связкой машины, съезжали с дамбы на островок, экипажи тут же расцеплялись, поднимали водоотражающие щитки, навешивали над гусеницами сзади специальные решетки и бодро преодолевали метров пятьдесят чистой воды. Первые две машины, только подходили к противоположному берегу, как на берег вышли КШМки первой батареи. Дело пошло!
Двадцать шесть машин дивизиона, без потерь переправились и были готовы к ведению огня. Хотя трижды возникла критическая ситуация, но предварительная страховка не дала случиться худшему. Когда дивизион уже подходил к конечной точке, командир взвода обеспечения сообщил по рации что нашел брод и готов переправить по нему все что пред этим было оставлено перед дамбой. Молодец прапор! Хотя почему только прапор? С ним оставался зампотех и замполит дивизиона. Только выйдя в конечную точку, личный состав дивизиона понял что находится на так называемом «правом» стрельбище. Это было хорошо — ничего рыть не надо, технику просто загнали в готовые капониры, не спеша замаскировались и сделали топопривязку(«стали на колышки»). Ящики боезапаса аккуратно уложили в некотором удалении на грунт и устроились на отдых и перекур.
* * *
Минут через пятнадцать со стороны наблюдательной вышки полигона появился пыльный шлейф от нескольких УАЗиков. Из машин вышла куча посредников и наш комдив. Все они неторопливо зашагали к нам, при этом внимательно осматривая матчасть и огневые позиции.
— Товарищ генерал-майор! Самоходный артдивизион, после совершенного марша, вышел в указанную точку, занял позиции. К выполнению поставленной задачи готов.
Пожилой генерал молчал. Старший посредник почти угодливо спросил у него: — Разрешите, товарищ генерал?
— Пожалуйста Георгий Львович.
Сделав пару небольших шагов навстречу старший посредник с тремя полковничьими звездами начал загибать пальцы: — Ну что ж… С выходом, в общем и целом будем считать в норме.






