В считаные мгновения хирд перестроился и принял выскочивших из серой мглы киевлян во всеоружии. Скандинавы были одними из немногих, кто был способен выдержать в пешем строю удар латной конницы. Гридь накатилась — и откатилась. Киевляне предпочли не лезть в ближний бой, а стрелы метать издали. Варяжко, потерявший коня в первой атаке, но сам невредимый, решил, что главная задача достигнута. Князь отошел к крепости (кольнула мысль: Святослав бы не ушел — бился вместе с дружиной), хирд остановлен и связан. Хотя добить нурманов вряд ли удастся — темнеет. Первыми к растянувшемуся обозу киевлян подоспели всадники Путяты. Они вихрем промчались мимо возов, сбивая стрелами тех, на чьих головах были шлемы. Не такая уж сложная задача, потому что большая часть гриди ускакала в голову колонны. Затем подоспели основные силы Сигурда. Нурманы били всех подряд, кроме возниц. Этих понуждали разворачивать возы и гнать их прочь от Родни. Сигурд опасался: киевляне сообразят, что происходит, бросятся в атаку. Случись это, Сигурд вряд ли сможет отбиться — у него было втрое меньше людей, чем у Ярополка. На этот случай у него тоже был план: возы сжечь. Жечь не пришлось. В сгущающихся сумерках, в отсутствие князя, не зная численности противника, воеводы Ярополка не решились на контратаку. Они еще не поняли, чем грозит потеря обоза. Когда совсем стемнело, дружина Ярополка отступила в крепость. Враги остались снаружи. Киевляне наконец почувствовали себя в безопасности. Ворота Родни закрылись. Ловушка захлопнулась. * * * — Сын твоей сестры будет великим конунгом, — сказал Сигурду Лунд. — Он первым бросился на врага и разбил строй русов. Он храбр, как сам Тор. — Надеюсь, ему ты об этом не сказал? — поинтересовался Сигурд. — Нет, ярл. Но ему скажут другие. Все видели, как он бился. Кое-кто говорит, что видел рядом с ним валькирию, которая отводила удары русов. — А ты — видел? Лунд усмехнулся. — Нет, — сказал он. — Валькирии я не видел. Но я скажу, что видел, потому что это полезно, когда воины верят, что их вождю благоволит сам Один. — Раз так, то будет справедливо выделить ему не три, а пять частей добычи, — решил Сигурд. — Думаю, никто не станет возражать. Жаль, что мы не смогли взять казну киевского конунга. — Думаю, она так и так достанется нам, — рассудительно произнес Лунд. — Надо только подождать. Не думаю, что русы много навоюют — без жратвы. Глава 28 Владимир в Киеве Владимир вошел в Киев на следующий день после ухода Ярополка. Его впустили, потому что он поклялся Перуном и Сварогом, что губить горожан не станет. Слово сдержал. Сдержал также и нурманов, которых привел с собой. Часть из них поселил в Детинце, часть — за городскими стенами.

Об этой истории
Кто перед нами: незаконнорождённый ребёнок Святослава, убийца родного брата, язычник, силой добывший себе великое княжение? Перед нами Владимир Красное Солнышко — виновник начала жестоких княжеских распрей, многожёнец, 37 лет правивший Русью. Перед нами святой князь Владимир, креститель Руси, приравненный к апостолам, заложивший основу будущей великой державы. Кто он? Язычник Александр Мазин Кто перед нами: незаконнорождённый ребёнок Святослава, убийца родного брата, язычник, силой добывший себе великое княжение? Перед нами Владимир Красное Солнышко — виновник начала жестоких княжеских распрей, многожёнец, 37 лет правивший Русью. Перед нами святой князь Владимир, креститель Руси, приравненный к апостолам, заложивший основу будущей великой державы. Кто он? ==================== Предисловие автора Предисловие автора Сразу признаюсь: еще три года назад я совершенно определенно говорил: писать о великом князе Владимире Святославовиче я не буду. Почему? Страшно. Образ князя Владимира, который вырастал в моем сознании в процессе сопоставления литературных источников, вариантов отечественных летописей, зарубежных хроник и археологических данных, — образ этот мне нравился все меньше и меньше. Противоречивые гипотезы ученых — историков и филологов — только ухудшали ситуацию. Мой образ Владимира все дальше уходил от той величественной фигуры, которая возникает в сознании каждого православного человека, да и не только православного — любого закосневшего атеиста, который еще помнит школьн





