Я вынужден сообщить Николаичу, что выйти из боя не могу, мною принято решение закончить начатое. Мы слишком завязли, слишком далеко продвинулись, чтобы останавливаться. Судя по всему, полковник морпехов того же мнения, бой у мостов продолжается. В горячке боя я забыл свои страхи перед неминуемым наказанием, меня сейчас беспокоит другое. Впереди — уличные бои, а у нас ограниченный запас патронов.
Орлова ранило во второй раз. После полученного ранения он заметно обессилел, едва ходит, у него забинтована грудь, но он продолжает командовать своим подразделениям. Да у нас почти все ранены, некоторые ни по одному разу. Меня пока минует чаша сея, на мне в нескольких местах прострелян китель, но на теле ни царапины. Мой радист, уложив рацию в сидор за спиной, взялся за автомат и пошел в цепь, каждый боец сейчас на счету. Мы почти прорвались к штабу.
----------
Глава 21
Глава 21
Только наше быстрое продвижение нас спасает. Контратаки противника следуют одна за другой. Каким-то чудом к нам прорывается оставленная возле префектуры группа с переводчиком, и связанным по рукам и ногам губернатором. По словам бойцов, он идти отказался, а к префектуре приближался большой отряд японских солдат и тогда особо не церемонясь ребята его связали. Японцев много, их сопротивление усилилось, а нам даже не удалось приблизиться к зданию, которое занимает штаб пятого фронта. Всего один квартал нас отделяет от цели. Ведем бой, тяжелый и неравный, но мы идём вперёд. Патроны к автоматам и пулемётам у нас ещё есть, а вот гранаты мы уже используем трофейные. По докладам радиста, Иваныч всё же смог разобраться с трофеем, и сейчас крейсер открыл огонь, ну а тральщики Дружинина вошли в реку и сейчас уже в городе поддерживают оборону морпехов, которые держат мосты.
Впереди один дом, превращённый японцами в крепость, за ним уже штаб. Я не уверен, что командование японцев ещё там, но надежда есть. Психология японцев такова, что отступить для них хуже смерти. Корректировщик передаёт координаты дома на крейсер и тральщики, и скоро вокруг него начинают рваться снаряды. Первые разрывы снарядов, выпущенных нашими кораблями, определили рубеж, к которому мы устремились в атаку. Мы шли следом за огневым валом. И вот мы врываемся на последний рубеж обороны. Снова бой на коротке, рукопашная схватка, в которой уже пришлось поучаствовать и мне. Японский солдат с безумными глазами несется на меня, выставив перед собой винтовку со штыком. Мой пистолет пуст, и я швыряю его в лицо безумца, он ловко отбивает его винтовкой, но этого времени мне хватит, чтобы сократить дистанцию и тут у моего врага шансов нет. Винтовку он так и не выпустил, а я всаживаю в грудь японца свой нож.






