ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вчера был без гроша, а нынче уже князь Рысев. Спросите, что даёт мне этот титул? Сплошные проблемы: опала от императора, всеобщая жажда моей смерти, даже у кошки по соседству. А вот фигушки! Второй раз умирать не по-княжески. Тем более рядом лисодевочки, соблазнительные демоницы и горячие чародейки — в буквальном смысле. Значит, либо прорвёмся, либо разорвёмся, как судьба распорядится. Начали. Князь Рысев Евгений Лисицин Вчера был без гроша, а нынче уже князь Рысев. Спросите, что даёт мне этот титул? Сплошные проблемы: опала от императора, всеобщая жажда моей смерти, даже у кошки по соседству. А вот фигушки! Второй раз умирать не по-княжески. Тем более рядом лисодевочки, соблазнительные демоницы и горячие чародейки — в буквальном смысле. Значит, либо прорвёмся, либо разорвёмся, как судьба распорядится. Начали. ==================== Глава 1 Глава 1 Когда у судьбы на тебя планы — ты хоть что делай. Можешь бежать, плыть, хоть через скакалку прыгать: догонит и позволения спрашивать не будет. Мой батя именно так всегда и говорил, а под судьбой имел ввиду смерть. Кого-то она находит тихо-мирно спящим на диване, кого-то в уличной драке. Поговаривали, что даже к тем, кто прячется в канаве, она неравнодушна. Моя же нарядилась в треники, майку-алкоголичку, щедро опохмелилась с утра — и за руль камаза! Еще и под музычку эту навязчивую из сериала про дальнобоев, поди... Говорили же мне, что на дороге больше дураков, чем кажется, и потому, если видишь пыхтящий большегруз, — не верь в права

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он оставил банку на столе — интересно, что будет, если я не выполню обещание? Вспомнилось, что нет ничего дороже для бесчестного беса, чем обещание — иначе накажут.

Я ухмыльнулся бросившемуся ко мне Шкуре. Самоуверенности и нахальства как не бывало, а вот страха на целые портки. Кто бы мог подумать, что из всех троих он окажется не только самым голосистым, но и сообразительным?

Раскачанный мной и подо мной же стул, наконец, завалился. Хрустнул, разламываясь на части. Я воззвал к демоническим силам — затрещали сдерживавшие меня веревки, клочьями разлетевшиеся в сторону.

Свет погас — лампочка над нами на миг заискрила, прежде чем лопнуть, погружая всех во тьму.

Ну, Коротышка напросился первым — я встретил его ударом ног прямо в колени. Он взвизгнул, будто брошенный на убой поросенок, нож из его рук выпал на пол. Я не желал останавливаться на достигнутом, встряхнул рухнувшего на колени, схватив его за грудки. Мне страсть как требовалось ему срочно воздать: затолкать каждое брошенное им в отношении Алиски обещание обратно в его поганую глотку.

Обломанная ножка стула вызвалась мне помочь в этом нелегком деле. От переполнявшего до мокрых штанов ужаса Шкура раскрыл рот, не удержавшись от крика — и тут же мерзко захрипел. Кроша и без того гнилые зубы, пробивая насквозь мякоть плоти, обломок острым краем прошел насквозь. Недоросток булькнул кровью, теряя равновесие и заваливаясь, но мне было уже все равно.

Словно шар для боулинга, на меня летел Глыба. Даже на миг показалось, что его неестественно и отвратительно жирная туша на миг зависла в воздухе.

Он рухнул на меня бесконечно тяжелой ношей. Поганец что, машину проглотил? Я решил, что найду ответ на этот вопрос как-нибудь в следующий раз, ну а пока...

Излюбленная жирдяем тактика навалиться и задавить противника массой своей туши сегодня дала сбой. Моя разом почерневшая рука будто нож в масло вошла в его массивное брюхо — Глыба успел разве что болезненно вздрогнуть, прежде чем обмякнуть. Я швырнул его тушу прямо под ноги уже колдовавшему Францу. Кто знает, какие еще пакости он сейчас обрушит мне на голову.

Кишки и грязные потроха жирдяя мерзким ливером раскидало по полу. Остался только один здоровяк, и тот тянулся за пистолетом. Ну уж нет, дружочек, фигушки! Я оказался рядом с ним, коснулся не обращенной рукой — пришло время сверкнуть моей новинке! Великан вздрогнул и застонал, тут же теряя сознание — видимо, боль он страшно не любил.

Я не дал ему упасть, подхватил за грудки, рывком закрылся его телом от летящих в мою сторону проклятий. Семь лет несчастья должны были лечь на его спину, но вместо этого здоровяк вдруг взорвался, обнажив скелет — будто все его тело желало вывернуться наизнанку.