ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вчера был без гроша, а нынче уже князь Рысев. Спросите, что даёт мне этот титул? Сплошные проблемы: опала от императора, всеобщая жажда моей смерти, даже у кошки по соседству. А вот фигушки! Второй раз умирать не по-княжески. Тем более рядом лисодевочки, соблазнительные демоницы и горячие чародейки — в буквальном смысле. Значит, либо прорвёмся, либо разорвёмся, как судьба распорядится. Начали. Князь Рысев Евгений Лисицин Вчера был без гроша, а нынче уже князь Рысев. Спросите, что даёт мне этот титул? Сплошные проблемы: опала от императора, всеобщая жажда моей смерти, даже у кошки по соседству. А вот фигушки! Второй раз умирать не по-княжески. Тем более рядом лисодевочки, соблазнительные демоницы и горячие чародейки — в буквальном смысле. Значит, либо прорвёмся, либо разорвёмся, как судьба распорядится. Начали. ==================== Глава 1 Глава 1 Когда у судьбы на тебя планы — ты хоть что делай. Можешь бежать, плыть, хоть через скакалку прыгать: догонит и позволения спрашивать не будет. Мой батя именно так всегда и говорил, а под судьбой имел ввиду смерть. Кого-то она находит тихо-мирно спящим на диване, кого-то в уличной драке. Поговаривали, что даже к тем, кто прячется в канаве, она неравнодушна. Моя же нарядилась в треники, майку-алкоголичку, щедро опохмелилась с утра — и за руль камаза! Еще и под музычку эту навязчивую из сериала про дальнобоев, поди... Говорили же мне, что на дороге больше дураков, чем кажется, и потому, если видишь пыхтящий большегруз, — не верь в права

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Грязный, окровавленный, в чужих внутренностях, с пылающими от демонического гнева глазами — выглядел я сейчас точно устрашающе. Франц же выругался своей неудаче — такой сюрприз предназначался только мне, а на второй, наверное, у него уже не было сил.

Эльфианин не стал вклиниваться в нашу мясную беседу, предпочел молча свалить под шумок — и я, наверное, его понимал.

Как и понимал то, что нельзя этого допустить. За этим покушением стоял он и наверняка за всеми остальными тоже. И будь я проклят, если не вытрясу из него правду!

Франц решил последовать его примеру, а я почуял, что только-только вошел во вкус. Чужая кровь казалась мне вином, смерть — упоением души. Лежащие у моих ног тела радовали глаз.

— Ты обещал! — хрипло затребовал своего черт, и я кивнул ему в ответ. Банка с незримым пленником перекочевала в мою руку — я рывком сорвал крышку. Стекло едва не хрустнула от моего напора, надо будет поучиться контролировать себя в такие моменты.

Внутри была маленькая, кукольных размеров девочка. Сжавшаяся в комочек, она вызывала только желание взять ее на руки и защитить. И это ее-то Глыба хотел подселить... в мотоцикл?

Почуяв сладкий дух свободы, не сводя с меня глаз, будто ожидая очередной пакости, она не спешила.

Что ж, а я наоборот — очень даже спешил. Уж не знаю, как сложится ее дальнейшая судьба, но свое обещание я выполнил.

Оставил ее на столе, сам же нагнулся, подхватывая пистолет — рифленая рукоять грела руку, даруя мнимое ощущение безопасности.

Эту пленницу я освободил, теперь настал черед и остальных!

----------

Глава 22

Глава 22

Меня держали в подвале. Или на подземном этаже — даже не знаю, как назвать то, где я оказался. Сделал шаг, но остановился, вспомнив, что Франц — любитель оставить подлянку на дорожку.

Он не стал изменять своим принципам и теперь: я едва не угодил в теневой капкан. Он должен был пожрать большую часть моих сил и наградить не исцеляемой обычными методами травмой.

Да здравствует ясночтение! И эту-то особенность Ибрагим называл бесполезной?

Обошел ловушку — брось Франц ее парой шагов раньше, и мне было бы несдобровать. Как же хорошо, что он спешил.

Я шел будто по минному полю. Взыгравшая в венах кровь кричала, требовала не тратить времени даром: немедля, кричала она, в погоню! Я же отдавал предпочтение здравому смыслу — тот наставительно предупреждал, что гадкий темный маг не остановится всего на одной ловушке, а навесит их с десяток! Со всех сторон меня окружала унылость серых стен. На липиздричестве тут явно экономили — под потолком уныло и тускло светили только две лампочки.

По правой стене разинутой пастью зияла незакрытая дверь. Свобода манила наружу уходящими к выходу ступеньками.

Лестница в рай.

Я прогнал ассоциацию взашей, метнулся к двери.

И очень вовремя.