ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вчера был без гроша, а нынче уже князь Рысев. Спросите, что даёт мне этот титул? Сплошные проблемы: опала от императора, всеобщая жажда моей смерти, даже у кошки по соседству. А вот фигушки! Второй раз умирать не по-княжески. Тем более рядом лисодевочки, соблазнительные демоницы и горячие чародейки — в буквальном смысле. Значит, либо прорвёмся, либо разорвёмся, как судьба распорядится. Начали. Князь Рысев Евгений Лисицин Вчера был без гроша, а нынче уже князь Рысев. Спросите, что даёт мне этот титул? Сплошные проблемы: опала от императора, всеобщая жажда моей смерти, даже у кошки по соседству. А вот фигушки! Второй раз умирать не по-княжески. Тем более рядом лисодевочки, соблазнительные демоницы и горячие чародейки — в буквальном смысле. Значит, либо прорвёмся, либо разорвёмся, как судьба распорядится. Начали. ==================== Глава 1 Глава 1 Когда у судьбы на тебя планы — ты хоть что делай. Можешь бежать, плыть, хоть через скакалку прыгать: догонит и позволения спрашивать не будет. Мой батя именно так всегда и говорил, а под судьбой имел ввиду смерть. Кого-то она находит тихо-мирно спящим на диване, кого-то в уличной драке. Поговаривали, что даже к тем, кто прячется в канаве, она неравнодушна. Моя же нарядилась в треники, майку-алкоголичку, щедро опохмелилась с утра — и за руль камаза! Еще и под музычку эту навязчивую из сериала про дальнобоев, поди... Говорили же мне, что на дороге больше дураков, чем кажется, и потому, если видишь пыхтящий большегруз, — не верь в права

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Кошкодевочки решили восстать из мертвых. При них не было никакого оружия, но когти из мягких кошачьих лап не обещали мне ничего хорошего — и почему я только не проверил их реальное состояние, как только вошел сюда? Почему не обратил внимания?

Поздно было ругать самого себя. Блондинистая кошечка в один миг оказалась рядом со мной, метя когтями в живот, но я блокировал ее руку. Ловко вывернувшись, она ответила мне ударом под колено. Ее соратница вспорола когтями мне щеку — теперь шрам останется. Кошачий хвост на миг закрыл от меня мир, ударив по глазам. А после меня швырнуло прямо в стену.

Молчаливые, смертоубийственные, они сверкали кошачьим взором — тьма была им союзницей. Не скрывая своих улыбок и злорадства, блондинка потянулась, будто давая разрешение сестрице расправиться со мной.

Ага, сейчас! Я из самого Ада выбирался, живую машину в кучу хлама раздавил, да что там — вышел победителем из битвы с трусами! Что мне какие-то две драные кошки? Главное — это не поддаваться настырно лезущему в душу страху и действовать так, как подсказывает тело. Оно у меня теперь хорошее, само предупреждает, когда надо.

Я подогнул ноги, встретил мурлычащую убийцу пинком в живот — из нее как будто разом выбило дух, и она попятилась, желая удержать равновесие. Как бы там ни было, а дыхание я ей сбил. Поняв, что сестрица не справилась, на меня бросилась другая кошка. Каштановые волосы чуть ниже плеч, завязанные в хвост, были хорошей мишенью — я схватил ее за них, резко потянул на себя, познакомил свое колено с ее лицом.

У нее брызнула кровь из разбитого носа. Смертоносные лапы норовили изуродовать, изрезать в клочья мое лицо.

На миг мне подумалось, что достаточно сейчас взять пистолет, приставить к уху их потерявшего сознание хозяина — и они покорно поднимут лапки. Ясночтение же было со мной не согласно. Оно говорило, что они в состоянии велесовой ярости — точно такой же, в какой бывала и Алиска. Они не просто не обратят на подобную выходку внимания, будут терзать мой труп даже после того, как я лишусь сил.

Перекатился, уходя от прыжка блондинки — решив отомстить за свое недавнее поражение, она представила во мне всего лишь мышь. Я схватил ее за хвост теневой хваткой — она пискнула так, будто ухватили за грудь. Посмотрим, как ей понравится импульс боли. Когтистую противницу будто ударило током, она рванула вперед в тщетной надежде вырваться. Боль не заставила ее потерять волю к сопротивлению, но уж точно поумерила пыл. Едва ей удалось вернуть себе свободу, как она метнулась к самому выходу, прижав к животу хвост как самую величайшую драгоценность. Должен признать, что выступившие на ее глазах слезы не заставили меня почуять себя хоть сколько-то неправым.