На радостях я прямо с утра позвонил Марье Ивановне, при том сам, чего никогда не делал, рассказал что со мной произошло, не про обмороки конечно, а про то что моё состояние меняется. Её реакция вышла не то чтобы удивленной, вроде порадовалась за меня, но как то не так, как будто ничего такого не произошло, быстро свернув разговор, пообещала приехать на мой день рождение и на этом повесила трубку.
Время до этого дня пролетело очень быстро, пару раз ещё звонил вредной старухе, но телефон у неё был выключен, может случилось чего, а я и не знаю.
Сегодня было особенно тяжело, толком не спал уже неделю. Кошмары за мучили, теперь уже сниться не только тьма с голосами, вернее тьма развеялась, теперь я как будто так же нахожусь в своей комнате, но почему то она выглядит очень старой, кровать на которой я сплю во сне без матраса, вся ржавая и облезлая, стены серые и потрескавшиеся с отколовшимися кусками штукатурки, на полу сохранились только куски линолеума потемневшие от времени, стол развалившийся лежит на полу, раковина перекошена, только входная дверь стоит более менее нормальная, хотя иногда кажется что за ней кто то есть, периодически раздаются поскрёбывания и сопение с другой стороны. Вообще всё вокруг серое и унылое, и холод. Жуткий холод который преследует меня даже во снах.
Кое как доделав свои дела, я брёл домой слегка пошатываясь от усталости. У двери в квартиру меня догнал голос:
— Не важно выглядишь, милок. Спишь плохо? — раздалось сзади.
— Мать твою! Бабка! Хочешь чтобы я ко всему прочему ещё заикой стал? — вздрогнул я от неожиданности. Марья Ивановна оказалось всё это время стояла в тени, рядом с дверью в подвал.
— Ничего, не развалишься. Давай открывай, в гости что ли зови, я торт принесла. Ну и подарок само собой.
— Рано вроде для подарков, завтра только день рождения. И с чего вдруг? Раньше вроде не баловала — сказал я, открывая дверь и запуская её вперёд.
— То раньше, а сейчас вот решила сделать. Да не стой ты столбом, чайник поставь что ль, чайку попьём со сладеньким, о делах твоих скорбных расскажешь — проворчала она, проходя в комнату.
Я же раздевшись, одел тапки и пошёл чайник ставить, с удивлением смотря за тем что делает бабка. А она реально была какая то странная сегодня.
Пройдя в комнату, она остановилась ровно посередине, прикрыла глаза и принюхалась, после чего слегка поморщилась, открыв глаза посмотрела на кровать на которой я сплю, потом посмотрела на ноутбук стоящий на столе. Не много подумав, подошла к нему, выдернула из него шнур, закрыла и ни слова не говоря отнесла в туалет и там оставила, а потом ещё дверь плотно закрыла.
— Вот сейчас не понял. Всё таки старость даёт о себе знать? Паранойя прогрессирует что ли? — хмыкнул я, глядя на это действие.






