ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если совсем коротко: Сапковский и Darkest Dungeon в одном флаконе. Если чуть длиннее — перед нами история про попаданку, только не шаблонную, а почти что насмешку над штампом (и это комплимент). Героиня — простая девушка лет семнадцати-восемнадцати из нашего мира, из города, без каких-либо выдающихся способностей. Даже порох ей не дался. Судьба забрасывает её в мир, напоминающий Ренессанс — век примерно XIV–XV, с налётом Нового времени. Цитирую одну из рецензий: «Вокруг будет множество раскладов — больших и малых. Политических, экономических, магических. А где расклады, там и интриги… и это касается всех обитателей мира, включая Елену. Никакого смакования грязи, зато повседневной жестокости и привычного для Средневековья насилия — хоть отбавляй. С благородством туго, но изредка оно всё же проскальзывает. Как в жизни». Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не успевая ударить, Сантели выпустил древко рогатины и перекатился через плечо, уходя от широкого взмаха серповидных когтей. Повезло, лишь зацепило самый краешек плотного кожаного воротника, распарывая толстую вываренную кожу, словно бритвой по шелку. Перекат еще не закончился, а бригадир уже выхватывал кинжал, последнюю надежду бойца. И одновременно с этим командир приложился физиономией о предательский камень, да так, что кровь сразу залила правый глаз. Сантели не то, чтобы молился — на это у него не было времени, слишком уж быстро все происходило — а просто очень надеялся, что Шена успеет насадить тварь на острие альшписа. Во всяком случае, прежде у нее это получалось, недаром охотница была самой быстрой в маленькой бригаде.

На счастье Сантели скудоумная подземная тварь не стала добивать прыткого и юркого человека, вместо этого бросилась на следующего, кто шел в плотном строю. За спиной бригадира что-то хлопнуло и звонко ударило. Кодуре заорал так, словно с него махом содрали шкуру. Или хотя бы ее солидный клок.

И в следующее мгновение мир вздрогнул, словно гигантская судорога прошла по скалистым недрам, выкручивая сеть подземелий под Серыми Землями. Сантели снова полетел на камни, чудом не выронив кинжал, вцепившись в оружие, как в последнюю надежду.

* * *

Куртку удалось подхватить лишь с третьего раза. Как будто джинса и тонкие ленины пальцы существовали в паралелльных измерениях, поэтому, как зубья шестеренок в разных плоскостях, не могли сцепиться в одной реальности. Елена машинально накинула одежду на плечи, не продевая руки в рукава и подумала, что, наверное, именно так выглядит безумие. Когда внезапно происходят вещи, которых быть просто не может.

Или это сон. Просто сон. А в руке по-прежнему каллиграфическое перо. Откуда оно? Разве не…

Она увидела себя в зеркале, поймала краешком глаза силуэт, в котором что-то было не так, что-то очень неправильно. Девушка всмотрелась в давно и хорошо знакомые черты, отражение посмотрело в ответ огромными глазами с расширенными темными зрачками. Рука сама собой потянулась к растрепанным волосам, чтобы пригладить непослушную рыжую прядь, скользнувшую на правую скулу.

В следующее мгновение отражение в зеркале подернулось рябью, как в голливудском фильме, когда используют «эффект волны». Елена поняла, что видит сквозь себя вешалку. Старую советскую вешалку в виде большой, на всю стену, рамы из позолоченной пластмассы с горизонтальными перекладинами и крючками. Любимая вешалка Деда, которую старый медик отстоял от всех посягательств.

Захотелось сказать что-нибудь вроде «О, господи». Или «Черт возьми». В общем, так или иначе, полагалось что-нибудь сказать или сделать. Но девушка лишь пошевелила безмолвно губами.