— А я… — А кто, собственно, я? Ау, Голос! Имя, так вас растак! Ну как же так можно?! Обо всем подумали, а об имени нет! — Э-э-э… — Надо что-то говорить. — Лан. — Лан? — удивился дядька Прох. — Это откуда ж такое имя? — Не имя это, дядька Прох, — принялась на ходу сочинять я. — Тятька так меня прозвал. Не знаю, откуда взял. Я и привык. Да меня в деревне все так звали, я лучше имени знал. — Пущай будет Лан, — согласился лесоруб. — А пока помоги-ка мне с дровами, надо бы вязанку загрузить. Пока пронесло, но с именем надо что-то делать. Присмотрюсь в деревне к парням, а там возьму понравившееся. Кстати, по поводу погрузки дров, а куда, собственно? Прислушалась. Сейчас, когда дровосек не стучал топором, а я все-таки соизволила обратить внимание на окружающую обстановку (нет, таким образом я точно никуда не дойду, либо разбойники пришибут, либо сама шею сверну). Чуть дальше изредка слышалось негромкое ржание. Ага. Прох заметил мой интерес. — У соседа лошадку взял, — снова вздохнул он. — В обмен на дрова. Эх, тяжко без своего. Вот он поплевал на ладони, ухватился за топор и сноровисто взялся за ветки упавшего дерева. Я, следуя его указаниям, оттаскивала отрубленные ветки в сторону и увязывала их веревками. Блин, как же босиком неудобно и больно. И это я еще в лаборатории ступни магией обработала, страшно подумать, что было бы, если бы не сделала этого! И как местные почти всегда босые ходят? Хотя у них есть время для тренировки. А я натура чуткая, впечатлительная. Может, ну его на фиг, это путешествие? Как подумаю, сколько мне еще идти… Молчать, тело! Я тебе поскулю! Заткнуться и не тявкать! Это разве боль? Боль — это когда маг тебя учит или когда Голос тренирует, а тут массаж обычный! И для здоровья полезно. Специально уперлась ногой в самые сучковатые ветки и потянула концы веревки, стягивая их в вязанку. Тренироваться. Тренироваться для дальнейшей дороги. Тренироваться и терпеть. Что-что, а это у меня лучше всего получается. Особенно терпеть. Когда Прох закончил с поваленным деревом и пришел ко мне на помощь, дело двинулось живее. Он с какой-то кажущейся легкостью увязывал вязанки и играючи укладывал их в ряд. — Ну вот, щас подводу подгоню и загрузим. Непонятно каким образом, но дровосек таки сумел подогнать телегу с лошадью, хотя мне казалось, это невозможно. Наверное, заранее присмотрел путь и где надо его расчистил. И вязанки ведь уложены так, что можно быстро и без труда их загрузить, только телегу чуть подправляй и знай себе кидай. Кидать пришлось мне, а Прох укладывал их и крепил, помогал, если ему казалось, что я не подниму вязанку высоко. Мне-то что, я не спорила, хотя могла бы и просто закинуть, особо тяжелыми они мне не казались, но… контроль и еще раз контроль.

Об этой истории
Десять лет. Я наивная десятилетняя дурочка, которая начиталась сказок и поверила незнакомцу в шикарном камзоле. Он сказал, что я прирожденный маг, что у меня яркий дар. Что есть школа магии, как в книжках. Я даже обрадовалась, что меня назвали госпожой. А потом он открыл портал, и я шагнула в чужой мир. В мир Алкены, где такие, как я, — расходный материал. Меня больше не зовут Лена. Я — апостифик, вещь, принадлежащая архимагу Дома Кайтаидов. Он бьет меня болью за любую провинность, заставляет учить языки и этикет, одевает мальчиком и держит в запертой комнате. Говорит, что я бесполезный мусор, но при этом не отпускает. Зачем я ему? Пока не знаю. Но я запомнила, как он сказал за дверью: «Я ее сломаю». Посмотрим, у кого что выйдет.
История продолжается: другие книги





