Широкий письменный стол перед открытым настежь окном, заваленный россыпью бумаг и снабженный чем-то вроде портативного принтера, из прорези которого выползал очередной листок. Кожаное кресло, судя по размерам, предназначенное для принцессы. Больше ни одного кресла или стула не было. Посетители здесь не предполагались…
Принцесса поднялась мне навстречу. Сегодня на ней был строгий серый костюм «а ля секретарша большого босса». Длинная гофрированная юбка, короткий пиджачок… Красивый костюм, земная секретарша в таком пошла бы на первое свидание.
И все-таки красный цвет принцессе идет больше.
— Доброе утро, — сказал я, усаживаясь на край стола.
— Доброе утро, Сергей.
Она казалась скорее смущенной, чем растерянной. Мой визит был неизбежной, но тягостной для обоих процедурой.
— Никаких новых сведений о судьбе императора не поступало?
Принцесса вздрогнула.
— Нет. Наверное, ситуация была безвыходной, и папа воспользовался кольцом…
Я понимающе кивнул. В семейную хронику императорской семьи меня немного посвятили. Принцесса росла без матери, это был то ли слегка завуалированный развод, то ли длительная размолвка по непонятной никому причине. О том, где находится его жена, не знал и сам император. И все же он предпочел позорному плену путешествие в никуда — через гиперпространственный туннель, соединяющий его кольцо и кольцо императрицы.
— Твой отец смелый человек, — просто сказал я.
Передо мной сидела уже не принцесса — а безмерно уставшая девушка, волнующаяся о судьбе отца. Наверное, он очень многое для нее значил — немолодой, одинокий человек, единственный, кто звал ее по имени, чья похвала не была неизбежной лестью, а порицание — государственным преступлением. Император был единственным связующим звеном, живым, реальным человеком между принцессой и длинной чередой титулованных предков.
Он был ее отцом — и это значило ничуть не меньше, чем на Земле.
— Ты думаешь, что папа жив? — нерешительно спросила принцесса.
Ей было важно даже мое мнение…
— Думаю, что да.
— Почему?
— Он поступило так нелогично, что ему должно повезти.
Принцесса пожала плечами. Мою теорию о неразрывной связи нелогичных поступков и удачи она не разделяла.
— Много дел? — спросил я, поднимая со стола покрытый мелко отпечатанным текстом листок.
— Да. Планета не скоро оправиться от случившегося. Мы потеряли две трети армии.
— Я вижу, ты справляешься.
— Я принцесса.
Ее голос неуловимо изменился. Начинался разговор, которого мы оба не хотели.
— Я мог бы помочь.
— Тебе нужно отдохнуть.
«Я — принцесса. Ты — чужак. Смелый, сильный, полезный, но чужой».
— После Храма прошло двое суток. Я вполне отдохнул. А прогулки посаду тоже, по-своему, утомительны.
— Я распоряжусь об организации путешествия по планете.






