ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Замысел Руднева заключался в том, чтобы нанести по японцам удар сразу в нескольких точках: две русские эскадры и отдельный отряд кораблей должны были одновременно вступить в бой с неприятелем. Того оказался вынужден дробить свои силы — у островов Элиота семи броненосцам Макарова противостояло лишь четыре вражеских судна, а у Сангарского пролива броненосные крейсера Руднева сошлись напрямую с эскадрой Камимуры. План смел, но результаты сражений флотоводцев не радуют: японцы не понесли фатальных потерь, а русский флот всё ещё разобщён — Порт-Артурская и Владивостокская эскадры действуют раздельно. Противник отважен и упорен, удача по-прежнему улыбается японцам. Однако с Балтики и Чёрного моря уже идут подкрепления под начальством Чухнина и Безобразова. Для того чтобы одержать решительную победу, не полагаясь на изменчивую фортуну, командованию русского Тихоокеанского флота требуется сплотить все эскадры, не давая врагу разбить их по отдельности.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За четыре часа охраняемый «Чин-Йеном» и «мацусимами» конвой удалился от места выгрузки на 36 миль. По пути к нему присоединилась «Цусима», а сейчас догоняли семь истребителей каперанга Асаи. Увы, на хвосте за собой они вели и преследователей. Правда, и без поводыря они так и так нашли бы и настигли тихоходное транспортное стадо.

Визуальный контакт между конвоем и преследователями был установлен в 17:10, когда до залива, в устье которого располагался поселок Дагушань и в котором контр-адмирал Катаока предполагал отстояться с транспортами, оставалось пройти еще миль двадцать. Ему поначалу не верилось, что русские крейсера отважатся зайти так далеко. Однако поступивший часа полтора назад приказ — до темноты уходить вдоль берега по безопасным глубинам, а потом прямиком на Чемульпо — ставил крест на этой идее.

Когда на западе, прямо по корме, появилось облако дыма, которое постепенно росло и наконец материализовалось сначала в свой легкий крейсер, а за ним в семь эсминцев, Катаока облегченно вздохнул, ибо своих легких сил при его кораблях сейчас не было. Но потом на фоне закатной дали сигнальщики опознали четыре русских крейсера со сворой истребителей. Что, в свою очередь, было очень и очень плохо: со скоростью его больших кораблей защитить растянувшийся на несколько миль караван трампов от быстроходных крейсеров будет крайне тяжело. Или скорее — невозможно. Что вскоре и подтвердилось на практике…

На дистанцию открытия огня из шестидюймовых орудий вражеские крейсера приблизились сорок минут спустя. Катаока хорошо помнил недавний бой с «Богатырем» и выводы, из него сделанные, поэтому резко повернул «все вдруг» на противника, пытаясь максимально сблизиться и ввести в дело свои 120-миллиметровые орудия.

Характер последующих событий мало отличался от истории с «Богатырем» — при более или менее близких падениях «Паллада» и «Баян», пользуясь превосходством в скорости, разрывали дистанцию. С учетом того, что в этот раз крейсеров с шестидюймовками было два, а один из них даже с одной восьмидюймовкой, поскольку в кормовой башне «Баяна» до сих пор не могли устранить заклинивание погона осколками шестидюймового снаряда — прощальный привет «Фудзи», один из них постоянно вел огонь по малоподвижному противнику. Впрочем, результат боя был близок к «богатырскому» — несколько шестидюймовых попаданий в устаревшие японские крейсера. Плюс пара восьмидюймовых в «Чин-Иен», не причинивших старому броненосцу критических повреждений.

Тем временем «Аскольд» с «Новиком», впервые за день выдав максимальную скорость, обогнули место боя и рванулись к транспортам.