— Вы были победившим злом, — сказала Первая-отделенная. — Ожившей болезнью.
За спиной Матиаса послышался стук разлетевшихся яблок — и тяжелая хрустальная ваза просвистела мимо уха. Кто бы её не кинул (Матиас почему-то поставил бы на Адиан), бросок был точен. Ваза влетела в клубящийся свет и кипящую тьму. Влетела и исчезла бесследно.
Бывший Георг то ли не обратил внимания на бросок, то ли не придал ему значения. Он начал надвигаться на Ксению, медленно и неотвратимо.
— Беги, у нас нет оружия! — выкрикнула Адиан.
— Я — оружие, — сказала Ксения.
Она протянула руку и коснулась тёмной ленты.
Полыхнуло — ослепительно алой вспышкой, там, где рука Ксении коснулась тьмы.
Немыслимая фигура из света и тьмы застыла, будто остановили изображение на экране.
Ксения повернулась к Матиасу. Сказала:
— Бежим.
И комната вокруг исчезла. Всё исчезло — здания, город, бесконечная лента мира-кольцо под ними, солнце в небе.
Они висели в серой мгле — Ксения, Уолр, Адиан, Анге, сам Матиас. Рядом, лицами друг к другу, раскинувшись во все стороны как пятилучевая звезда.
— Время дорого, говорю быстро, — сказала Ксения. — Это симуляция. Мир Стирателей виртуален. Это уцелевший корабль первого человечества, которое мы стерли. Тут несколько живых людей, ещё более сумасшедших, чем они были когда-то. Сотни тысяч покорных им искинов. И миллиарды плененных сознаний с уничтоженных планет.
— Это опасно? — выкрикнула Анге. — Если это лишь иллюзия...
— В этой иллюзии твоё сознание можно вывернуть наизнанку, — ответила Ксения. — Да, смертельно опасно. Я пытаюсь переместить нас в безопасное место.
— Но как? — спросила Анге.
— Дорогая Анге, ты забываешь, что наша Ксения — изначально код, — произнёс Уолр. Огромный грузный крот раскинул руки, паря в серой мгле. Кажется, это даже доставляло ему удовольствие. — Для неё всё это... близко.
— Мать знала, — ответила Ксения. — Ещё тогда, возвращая меня в человеческое тело... она всё знала.
Ей взгляд встретился со взглядом Матиаса.
— Нет! — крикнул Матиас.
— Меня вернули не ради жизни и любви, — Ксения улыбнулась. — Я оружие. Я бомба, я отрава.
Она протянула руку, коснулась щеки Матиаса. Прошептала, совсем тихо:
— Я смерть...
Ян никогда и никому бы в этом не сознался. Но когда они с Криди сидели рядом, глядя на маленький экран планшета и слушали (с запозданием, как их предупредили, связь шла по радиоканалу, а корабль был далеко) разговор в рубке — у него мучительно сжималось сердце.






