— Если есть серьезный авторитет у самого, драться не обязательно, — говорю я девушке с важным видом, не упоминая, что авторитет такой точно не у меня имеется.
А, что, она сама все видела, как местные хулиганы отказались от драки и пошли на мировую.
Почему так случилось — знать Юлечке не обязательно, зато я хорошо чувствую, как стучит ее сердечко до сих пор в предвкушении драки. Не один раз в моей жизни подобные случаи приводили девушек и женщин ко мне в кровать. Даже в тех случаях, когда разрыв во времени между использованием кулаков и кроватью составлял целый час по времени.
Такой сильнейший выброс адреналина переходит в эндорфины, которые проще всего реализовать в момент близости с победителем той же драки. Особенно часто такое происходило с пьяными, молоденькими девицами в барах на Думской, когда ты просто выполняешь свою работу на входе или жестко выкидываешь потерявшего берега клиента из бара.
Как-то один раз я познакомился с одной красивой блондинкой на наших взводных танцах, которые можно было иногда устраивать в училищном ЧПОКе, месте, где оказывается чрезвычайная помощь оголодавшему курсанту.
То есть в училищном кафе.
Курс у нас уже тогда был вполне солидный — четвертый, то есть мы находились на высоком уровне типа «женихи и невесты». Как девушка, с которой я смог познакомиться, попала на вечеринку, я так и не узнал. Билеты на мероприятие распространяются между женами курсантов, чьими-то подругами и знакомыми. Особенно среди тех, кого хотят пристроить замуж за военного человека, хорошо получающего на Севере или Камчатке и редко довольно бывающего дома — правильный такой расклад для продуманных девиц.
Познакомился, потанцевали, взял телефон и начал названивать — все вполне стандартно получилось.
Девушка оказалась достаточно конкретной, приехала на встречу, где все мне как-то внезапно разъяснила, как по нотам. Ей уже не девятнадцать, как она сказала раньше, а двадцать два, она и правда — мастер спорта по фигурному катанию, заканчивает институт и готова выйти замуж.
— Хоть бы и за тебя, вполне устраивающего ее парня! — так прямо и заявила.
«Наверно, просто никуда из Ленинграда уезжать по распределению не хочет», — стало вполне понятно мне ее стремление выскочить замуж за военного.
Была в те времена подобная практика, жена военнослужащего оставалась при нем и никуда поднимать колхозы Нечерноземья не отправлялась по распределению.
На мой удивленный вопрос — как же романтика, ухаживания и поцелуи, ответила, что все будет и гораздо больше. Она мне все обещает, только сначала подача заявления в ЗАГС, чтобы доказать серьезность моих намерений, а потом я увижу небо в алмазах.
Конкретно и по-деловому так все огласила, как при заключении сделки по интересам. Или продаже недвижимости.






