ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Геолог Семен Васильев вляпался по-крупному. Друг Юрка зазвал его в Нижнеюртовск — помочь освоить импортный прибор, который якобы умеет показывать прошлое. Наладчик-американец налил, рассказал про «перегрузку мозга» и вероятность один к миллиону, а потом началась каша: шлем, кнопки, пьяный угар — и Семен просыпается в лесу с диким похмельем и медвежьей мордой перед глазами. Зверь его не тронул, просто ушел. Зато рядом Семен находит то, что от него осталось, — от Юрки и Стива. А потом до него доходит: он в ботинках, хотя в таких местах ходят в сапогах, и следы медведя такие, что в них помещаются четыре его ноги. Этот зверь — из плейстоцена. И какого лешего он здесь делает?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По работе они почти не контактировали, поскольку Юрка считался восходящей звездой геофизической науки, а Семен решительно отказывал этой науке в праве на существование: он считал (и не скрывал этого!), что такой ерундой могут заниматься только те, кто не в состоянии освоить навыки полевой геологии. В общем, это было далеко не худшее время в их жизни.

А потом начались девяностые годы. В отличие от Семена, Юрка вовремя понял, куда дуют ветры перестройки. Он уволился из института и уехал туда, где жизнь начинала бить ключом, а не скисать, как в родной Конторе. По слухам, он неплохо устроился в какой-то новоявленной нефтяной фирме.

— Хорош материться! — сказал Семен в трубку. — У меня тут жена рядом сидит. Скажи лучше: на фига я тебе нужен?

— Это не ты мне, а я тебе нужен! — не унимался Юрка. — Быстро схватил ручку и записал телефон нашего представительства! Диктую…

Ничего писать Семен, конечно, не стал, хотя противостоять напору приятеля было трудно. Когда тот замолк, он спросил:

— А ты членораздельно, в смысле — разделяя члены, объяснить что-нибудь можешь?

— Объясняю: завтра после десяти по вашему времени ты звонишь в наше представительство, называешь свою фамилию и начинаешь делать то, что они тебе скажут. Короче: через неделю ты должен быть здесь!

— Счас! Уже бегу, спотыкаясь и падая! А суп доесть можно?

— Только не говори, что у тебя семья, работа и любимая собачка, которую ты не можешь оставить! У нашей лавочки агентура будь здоров! Я сделал запрос, и мне быстренько принесли распечатку. И в ней было все, вплоть до семейных проблем твоей лаборантки. Но мне гораздо интереснее, что ты со своим чистоплюйством опять вляпался! Тебе нужны деньги! Ты можешь держать собственную семью в нищете, но других голодать ты заставить не можешь. Ведь не можешь, правда?

— Могу, — не согласился Семен, — но мне это очень больно. А что ты имеешь?

— Все!

— А конкретней?

— Ты прямо как ребенок, Сема! В наше время хорошо живут не те, кто много работает, а те, кто умеет оказываться в нужное время в нужном месте. И говорить нужные слова, разумеется. Короче: наши атрибуты я тебе сейчас перекину по электронной почте. Ты доешь свой суп и сядешь составлять документы типового договора. Тему можешь указать любую, лишь бы там фигурировали разрезы, датирование и химический состав горных пород. Срок — три года, финансирование запрашивай максимальное, но в разумных пределах. Имей в виду, что до конца этого месяца наши подпишут любой договор не глядя, а через две недели ты и рубля не выпросишь! Усек?

— Так точно! А мне-то зачем к вам ехать?

— И я еще должен тебе объяснять?! Ты завлаб или где? И потом… — Юрка резко сбавил тон, в голосе послышалась бесконечная усталость, — ты мне нужен, Сема. Есть проблема.