Шестеро незнакомых Инквизиторов — в плащах, в надвинутых на лица капюшонах, все как положено. Эдгар, Завулон и Костя — тоже все ясно. Светлана! Я в страхе посмотрел на нее — но Светлана тут же успокаивающе покачала головой. Значит, с Надей все в порядке… — Кто ведет расследование? — спросил Гесер. — Триумвират, — коротко ответил Эдгар. — Я от Инквизиции, Завулон от Темных и… — он посмотрел на Светлану, — и как решите. — Я, — кивнул Гесер. — Светлана, спасибо. Я признателен. Объяснений мне не потребовалось. Что бы ни случилось здесь, но Светлана появилась первой из Светлых — и стала действовать от имени Ночного Дозора. Можно сказать — вернулась на службу. — Ввести вас в курс дела? — спросил Эдгар. Гесер кивнул. — Городецкий? — уточнил Эдгар. — Со мной. — Ваше право. — Эдгар кивнул мне. — Итак, у нас тут чрезвычайное происшествие… Почему он говорит словами? Я попытался спросить это у Светланы, мысленно потянулся к ней… И уперся в глухую стену. Инквизиция заблокировала этот район. Вот почему Гесеру позвонили по телефону, а не связались с ним мысленно. Что бы здесь ни случилось, это требуется сохранить в тайне. Следующие слова Эдгара подтвердили мою мысль. — Поскольку случившееся должно быть сохранено в полнейшей тайне, — сказал Эдгар, — я прошу всех присутствующих снять защиту и приготовиться к получению знака Карающего Огня. Я покосился на Гесера — тот уже расстегивал рубашку. Завулон, Светлана, Костя, даже сам Эдгар — все разоблачались! Смирившись, я стянул водолазку. Карающий Огонь, значит… — Мы, присутствующие, клянемся никогда, нигде и никому, за единственным исключением верховного Трибунала Инквизиции, не разглашать того, что откроется нам в ходе расследования этого происшествия, — сказал Эдгар. — Клянусь! — Клянусь, — сказала Светлана и взяла меня за руку. — Клянусь, — прошептал я. — Клянусь, клянусь, клянусь… — раздалось со всех сторон. — Если же я нарушу эту тайну — пусть меня уничтожит рука Карающего Огня! — закончил Эдгар. Его пальцы вспыхнули ослепительным красным сиянием. В воздухе будто повис горящий отпечаток пятерни, расслоился и двенадцатью пылающими ладонями поплыл к нам. Очень медленно — и эта неторопливость пугала больше всего. Первым знак Карающего Огня коснулся самого Эдгара. Лицо Инквизитора скривилось, на коже мимолетно проступило еще несколько таких же багровых отпечатков. Кажется, это больно… Гесер и Завулон перенесли прикосновение знака стоически. И если меня не подвели глаза, на их телах эти знаки уже сплелись в густую вязь. Кто-то из Инквизиторов взвизгнул. Кажется, это очень больно… Заклинание коснулось меня, и я понял, что ошибаюсь.

Об этой истории
Человек, рождённый в этом мире, навсегда остаётся человеком — ему не стать Иным. На этом держится хрупкий баланс сил Ночного и Дневного Дозоров, союз Светлых и Темных. Но что произойдёт, если появится способ превращать в Иных кого угодно? Если Светлый Гесер и Темный Завулон окажутся по одну сторону баррикад? Если в «Ассоли», в глухой деревушке и в экспрессе Москва — Алматы решится участь всех Иных — и простых смертных? Читать дальше Сумеречный Дозор Сергей Лукьяненко Человек, рождённый в этом мире, навсегда остаётся человеком — ему не стать Иным. На этом держится хрупкий баланс сил Ночного и Дневного Дозоров, союз Светлых и Темных. Но что произойдёт, если появится способ превращать в Иных кого угодно? Если Светлый Гесер и Темный Завулон окажутся по одну сторону баррикад? Если в «Ассоли», в глухой деревушке и в экспрессе Москва — Алматы решится участь всех Иных — и простых смертных? ==================== История первая Ничье время История первая Ничье время Пролог Настоящие дворы исчезли в Москве где-то между Высоцким и Окуджавой. Странное дело. Даже после революции, когда в целях борьбы с кухонным рабством в домах ликвидировались кухни, на дворы никто не покушался. У каждой гордой «сталинки», развернувшейся потемкинским фасадом на ближайший проспект, обязательно был двор — большой, зеленый, со столиками и скамейками, с дворником, скребущим асфальт по утрам. Но пришла пора панельных пятиэтажек — и дворы съежились, полысели, когда-то степенные дворники сменили пол и превратились





