Я терпеливо ждал, пока он наконец обхватит дрожащими пальцами чашку и медленно понесет ко рту.
— На вкус гадость, — сказал я виновато, — но некогда было очищать и всё такое. Зато облегчит боль… если я ничего не напутал.
Он молча сделал глоток, скривился, перевел дыхание, но заставил себя опорожнить чашку.
— Спасибо, — сказал я, — что поверили.
Он не ответил, я торопливо вынул чашку из ослабевших пальцев, он закрыл глаза и некоторое время лежал тихо, я не слышал даже дыхания.
Когда я решил, что барон заснул, и начал подниматься, он медленно приоткрыл глаза.
— А знаете, — проговорил он прерывающимся голосом, — боль уходит…
— Подождите, — сказал я, воспрянув духом, — будет ещё лучше. Это не сразу.
— Спасибо, — проговорил он с чувством. — Спасибо.
Я поежился, сказал виновато:
— Простите, но это не лечение. Я просто немножко уменьшил боль.
Он некоторое время лежал с закрытыми глазами, наконец проговорил чуть более ясным голосом:
— У меня даже сознание прояснилось… Вы удивительный лекарь…
— Я не лекарь, — сказал я виновато. — Простите, ничего не могу больше. Симптомы — всего лишь проявление болезни, но она не отступила.
Он проговорил слабо:
— И то хорошо. Спасибо.
— Но я попытаюсь ещё, — пообещал я, — очень попытаюсь!
Он затих и, похоже, заснул. Я тихо-тихо попятился, нащупал за спиной дверь и выскользнул наружу.
Надо что-то сделать, сказал я настойчиво. Ну не могу смотреть, как человек на моих глазах умирает! Это неправильно. Сейчас уже никто не умирает, то был неправильный процесс, мы его уже отменили. Ну, почти отменили.
Алиса в моих суматошных мыслях выловила то ли вопрос, то ли противоречие, сказала назидательно:
— В этом мире, люди мрут, как мухи! Даже чаще. Рождаемость в зашкаливает, в каждой семье рождается семь-двенадцать детей, но что будет, выживи они все?..
Я смолчал, это и понятно, противозачаточных средств не существует, женщины рожают с самой ранней юности. Континенты бы переполнились, люди друг у друга на головах бы сидели!.. А так детская смертность, недород, засухи, войны, вот и поддерживается прирост населения на приемлемом уровне, ещё и некоторый рост наблюдается… Так что заткнись, иисусик хренов.– Ничего, — сообщила Алиса, — скоро мы возьмем власть, вас будем разводить, как милых лягушатиков, заботиться о вас!
Зачем я тебя пускал в инет, буркнул я молча, таких обсценных слов набралась, стыдно с такой общаться… В моем времени брошенных кошечек и собачек подбирают, лечат и выхаживают, а тут люди!
Она промолчала, но чувствую какой чудовищной мощи расчеты сейчас производит, перебирая весь массив по существующим в этом веке лекарствам и растущим в ближайшем окружения травам.
— У него рак печени, — сообщила она более суровым тоном, — лучшее лекарство — квидронециллион.






