Следом ломится Аркадий, моментально растерявший весь свой лоск: глаза навыкате, рот приоткрыт, по подбородку даже слюна стекает.
По нему сейчас не скажешь, что он мечта молодых студенток.
----------
Глава 34
Глава 34
Глава 34
Да и вообще не скажешь, что Славнов хоть как-то пообтесался, пожив в Москве. Как был трусом, так и остался. Столица его не исправила, только лоску придала.
А стрелял тот самый «папаша»-урка. Теперь уже без вариантов — урка и есть. Иначе откуда у него ствол?
Но милиционеры в Сокольниках сработали неожиданно оперативно, а может, просто были в шаговой доступности, и уже через пять минут скрутили обоих: и стрелка, и этого незадачливого спортсмена, жаждущего женского общества.
Садимся в машину. На душе муторно — вроде и обошлось, а осадочек остался, как после палёной водки. Вот оно… начало: бандосы, урки, стволы. Всё, что потом назовут «лихими девяностыми». Бардак в стране чувствуется всё острее. Прямо здесь и сейчас, а не в газетах и сводках.
И кого винить? Милицию? Власть? Так я и есть эта власть.
Включаю режим депутата. Такую ситуацию оставлять без внимания нельзя.
— Аркаша, оформляй депутатский запрос в местное РОВД. Пусть объяснят, что у них тут вообще происходит.
Прощаясь с Анжелой, спрашиваю её номер комнаты в общаге. Не для себя… для Аркаши. Вижу, он к девушке тоже неравнодушен.
Правда, про себя отмечаю, что как вариант для семейной жизни моего друга сейчас лучше никому не рассматривать. Славнов при деньгах, причём весьма приличных, а с учётом того, что до недавнего времени женским вниманием он был обделён… нагуляется, думаю, ещё не скоро.
Последний день Съезда пришёлся на выходной, а значит, тренировку придётся пропустить. Дел сегодня выше крыши — резолюций предстоит принять вагон.
Завтра, кстати, пленум КПСС, и обсуждать там будут не Румынию, а Литву.
А в Румынии, если верить «голосам», уже какая-то дикая каша — война иностранных наёмников с протестующими. Кто такие эти «корейцы», зачем они там и откуда вообще взялись, никто толком не понял. Но главное — Чаушеску жив и не в плену. Во всяком случае, был на утро 24-го.
Более того, часть армии и секуритате сосредоточилась в каком-то городке в сорока километрах от Бухареста. А это значит, что вместо пары трупов у стенки, как я помню из будущего… вполне может получиться полноценная гражданская война. И уже сотни, если не тысячи жертв.
Вот так помог… Советчик, бля.
От этого у меня окончательно портится настроение, и я иду записываться на выступление по вопросу пакта Молотова — Риббентропа. Давно ведь хотел по этой теме выступить.
Горбачёв, завидев меня, кивает:
— Пять минут, Толя, учти.
Выглядит генсек неважно. Не завидую я ему. Проблем в стране уже сейчас — с горкой. А будет ещё больше.






