Да, большая часть орды прошла мимо Ижеславца, но под стенами града Батый оставил не менее двадцати тысяч воев — хватит не только для того, чтобы намертво запереть защитников в детинце, но и взять его на меч, пусть даже завалив рвы трупами павших!
Да только терять людей попросту вождь поганых как раз и не собирается, построив не менее половины своей рати в три штурмующие колонны — напротив трех ворот града. Лестниц Ратибор у татар не увидел вообще — зато разглядел плотные вязанки хвороста, туго перехваченные веревками и сжимаемые в руках сотен нехристей, стоящих впереди. Также воевода недовольно скрипнул зубами, заметив широкие штурмовые щиты — их сложно было бы не заметить! Грубо сбитые из досок и тонких стволов молодых деревьев, эти щиты представляли собой что-то вроде переносных заборол шириной в три-четыре шага и высотой в полтора человеческих роста. Нести его перед собой способны человек пять, не меньше, но подобный «щит» служит отличным укрытием для лучников — благодаря небольшому наклону, он целиком защищает прячущихся за ним воев от стрельбы со стен!
Покачав головой, воевода уважительно выругался, помянув вражеского начальника: тот еще до штурма сумел определить сильные и слабые стороны детинца, рубленного тарасами. И вместо того, чтобы терять ратников, безрезультатно атакуя по всему обводу стен (людей бы хватило!) или хотя бы на одном участке, он сосредоточил свои силы только напротив ворот. И это ведь притом, что русичи никак не могут увеличить число ведущих бой лучников в гроднях, примыкающих к надвратным башням. Не могут из-за узости бойниц и равномерного их распределения по всей стене!
А судя по подготовленным штурмовым щитам и запасенным вязанкам хвороста, враг хорошо понимает, что должен делать и очевидно, рассчитывает взять Ижеславец первым же штурмом…
Но это мы еще посмотрим!
Внутренне приободрив самого себя, Ратибор зычно воскликнул:
— Воев с составными луками — всех к воротам! Свободные полусотни — к воротам!
Побежали порученцы к лошадям, поскакали вдоль стен, передавая наказ воеводы.






