ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Если не гаснет в душе огонёк веры, он разгонит любую, даже самую беспросветную тьму… Катю, которую домашние зовут котёнком, мучает тяжёлый недуг. Но боль, обман и несправедливость не делают её злой: она по-прежнему доверчива и чиста. В трудные дни девочка спасается мечтами и придуманными историями. И однажды выдумка оборачивается правдой: Катя оказывается в волшебной стране, где её ждут новая судьба, опасные приключения и серьёзные испытания. Котенок Владарг Дельсат Если не гаснет в душе огонёк веры, он разгонит любую, даже самую беспросветную тьму… Катю, которую домашние зовут котёнком, мучает тяжёлый недуг. Но боль, обман и несправедливость не делают её злой: она по-прежнему доверчива и чиста. В трудные дни девочка спасается мечтами и придуманными историями. И однажды выдумка оборачивается правдой: Катя оказывается в волшебной стране, где её ждут новая судьба, опасные приключения и серьёзные испытания. ==================== Глава первая Глава первая Я ни о чём не жалею. Об этом себе надо напоминать. Напоминать о правильном дыхании, необходимости контроля, о том, что нельзя плакать и важно правильно кушать. Потому что на свете есть слово «надо» и слово «нельзя». Не о чем жалеть — в конце концов я живу, дышу, только вот зачем… Но об этом думать нельзя. Я очень хорошо знаю, что такое «нельзя». Меня зовут Катей, хотя папа зовет Котёнком, ласково-ласково, а мама… Мамы у меня нет. Так получилось, но она хотя бы жива, а большего мне не надо, потому что у меня есть папа. Мне тринадц

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А она! Она чихвостит училку так, что только пыль стоит! Обещает той до министра дойти, чтобы училка никогда больше вообще нигде не работала. И страшно так обещает, какие-то слова незнакомые говорит, что просто странно становится: откуда баба Зина такое знает?

У меня кружится голова, поэтому я пересаживаюсь в кровать, чтобы полежать. Получается, училка просто хотела надо мной поиздеваться, дав мне то, что мы не учили? И баба Зина её быстро на место поставила! Она действительно волшебная, как из сказки!

— Она больше не будет, — объясняет мне баба Зина, входя через некоторое время в мою комнату. — Совсем не будет. Напугалась?

— Паника просто была, чуть контроль не упустила, — отвечаю я, а затем решаюсь спросить. — Баба Зина, а ты волшебница?

— Что ты, Катенька, ну какая я волшебница, — машет она на меня рукой. — Так, ведаем кое-что… Да и ты сможешь, когда срок придет. И будет у тебя принц волшебный…

Она рассказывает мне о каком-то «царевиче», описывая мне принца, которого я сама придумала. Но рассказывает так интересно, что не слушать её невозможно. Очень она хорошая — баба Зина, просто чудо какое-то, и я её слушаю, а потом засыпаю. И снится мне дорога, лежащая промеж звёзд. Много-много разных звёздочек со всех сторон дороги, похожей на асфальтовую. И я иду по этой дороге своими ногами даже, иду и надеюсь на то, что меня там ждёт сказка.

Сон такой волшебный, в нём и Баба Яга есть, и царевна даже целая, у нее такие необыкновенные глаза, просто чудо! И ещё есть в нём мальчик, он очень красивый, но почему-то я не вижу его глаз, да и лицо всё в дымке, как ненастоящее. Я так хочу увидеть, но у меня совсем не получается, просто до слёз, честное слово. Но потом слышу голос бабы Зины. Она говорит о том, что я встречу свою судьбу, когда настанет час. Надо просто верить. И я обещаю, просто изо всех сил обещаю, что буду верить!

----------

Глава вторая

Глава вторая

Моя жизнь меняется так внезапно, что я поначалу и не осознаю этого. Отошедшая к телефону баба Зина возвращается чуточку другой — как будто слезы сдерживает. Я даже спрашиваю, что случилось, но она только молчит и гладит меня. Я пожимаю плечами, потому что привыкла же — всё, что нужно, расскажет папа, а что не нужно, никто никогда не скажет.

Баба Зина теперь от меня не отходит — сидит со мной постоянно. Приходят какие-то люди, смотрят на меня и сразу же уходят. Что это значит, я не понимаю. Но и не нервничаю — мне нельзя. Так проходит день, а папы всё нет, но так бывает, когда у него дежурство, например.

— Сколько пережить-то тебе доведется, — вздыхает баба Зина.

— Немного, — улыбаюсь я. — Прогноз все равно отрицательный.

— Кто знает, — гладит она меня по волосам, что мне очень, кстати, нравится.

— Поживём — увидим, — отвечаю я папиными словами.