— Ахипастырь с насмешкой оглянулся на спутника. — Мы вежливые люди, а вежливые — сперва стучатся в дверь и только потом заходят наводить внутри свои порядки. Считай — мы постучались. Брат Павел, спрячь уже свои эликсиры — не ровён час, уронишь, и начнётся лесной пожар. Доказывай потом, что случайно.
Продвижение по пробитому телом волка-вожака тоннелю оказалось неожиданно быстрым и приятным. Быстрым, потому что больше не пришлось кланяться-нагибаться сучьям, а приятным — из-за так и не погасшего света, источаемого братом Иоанном. А через некоторое время сырой еловый сумрак и вовсе сменился сумраком лиственным, а под ногами появилась на удивление короткая и мягкая, как специально выращенная, трава, которую пятнали отпечатки огромных волчьих лап, указующей строчкой тянущиеся всё глубже в чащу.
Правда, совсем сыро стало и туман сгустился. Из-за тумана огонь большого костра, к которому вели следы невольного проводника, удалось разглядеть только шагов с тридцати. Впрочем, монахов это не смутило — к чему-то подобному они были давно готовы.
— Мир вашему дому, — первым поздоровался пожилой предводитель троицы церковников, входя в пузырь чистого воздуха вокруг источника жаркого пламени.
— А что не благословляете, отче? — откликнулся от костра молодой женский голос. — Или паства не по душе?
— По душе, вполне по душе, дщерь заблудшая. — Епископ с одобрением оглядел женское тело, не обременённое никакой одеждой, кроме волны распущенных чёрных волос, и качнул головой в сторону остальных… гм, хозяев этого места. — Боюсь, от моего благословения наша компания… несколько поубавится. Если ты понимаешь, о чём я.
Намёк был более чем прозрачен: среди нескольких человек обоего пола, расположившихся рядом с огнём, присутствовали и те, кого человеком назвать повернулся бы язык только у явного слепца. Два ящера с зелёной чешуёй ещё имели некоторое сходство с людьми, если не смотреть на головы, а вот нахохлившаяся чуть в стороне обладательница вполне обычной для женщины головы всем остальным телом принадлежала к птичьему роду. Ещё один обитатель, тоже на первый взгляд выглядящий человеком, кроме нечеловеческих жёлтых глаз с вертикальным зрачком и полностью лишённый волос, вольготно разлёгся прямо среди пылающих поленьев — и нахождение внутри пламени его, похоже, ничуть не смущало.
— Вы настолько святы, ваше преосвященство, что словом и жестом изгоните нас в ад? Я уже вся трепещу! — картинно обхватила себя руками ведьмочка. — Или, может, изгоните из нас демонов?
— Не злословь о том, чего тебе не понять, — веско, с предупреждением в голосе отрезал епископ. Впрочем, следующую фразу он произнёс опять всё тем же добродушным и миролюбивым тоном: — Изгонять — это не по моей части, обращайтесь к брату Андрэ.






