ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эмбер По контракту мне предстояла простая работа: фотографировать в клубе, доступном лишь избранным. Я не знала, что Сайлас, хозяин этого места, — спесивый и совершенно невыносимый человек. В своём мрачном окружении он всем заправлял из-за маски, оставаясь в тени, а люди вокруг преклонялись перед ним. Но я никогда не была податливой и не допустила бы, чтобы он решил, будто имеет право мной распоряжаться. Сайлас Мне казалось, всё будет просто, как и во всём, что происходит в моём клубе. Я не думал, что порядок осмелится нарушить та, кого можно назвать вихрем и жаром. Её дерзость вызвала у меня гнев, но гнев стал наваждением. Чем дольше я смотрел на неё, тем больше хотел обратиться в пепел. А затем я понял: её свет притягивает и других. И я не позволю никому претендовать на ту, что я задумал погубить. Книга для тех, кому нравится сумрачная любовь и всепоглощающая страсть. «Разрушенная» — про мужчин в масках и про то самое тревожное «кто с тобой это сделал», поэтому она подойдёт всем, кого зацепили «В темноте» и «Преследуя Аделин». Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если у Наблюдателей дизайн был простым, то эта маска отличалась угловатыми вырезами сверху и снизу, оставляя волосы и рот открытыми для игр. Добровольцы были другими, потому что они существовали для того, чтобы отдавать себя без остатка. Будь то ради удовольствия или определенной цели, эта маска означала, что ее обладатель настроен добровольно и подчиненно. Они перемещались по пространству без колебаний, ожидая предложения от Дома или устраивая представления для Наблюдателей. Их молчание не было обязательным, но они часто выбирали именно его.

Единственное правило Добровольцев? Они должны были повиноваться. Выбор этой маски означал, что ты отдаешь себя в добровольное рабство целиком и полностью — без исключений.

Оставались Доминанты. Этот дизайн, отличавшийся более темной кожей и резкими линиями, был создан для контроля. Множество пряжек и кнопок были вшиты по бокам, позволяя снимать маску определенными способами. В Домах было что-то негласное, что-то, что выделяло их среди остальных. Они следовали тем же правилам, что и все, но каким-то образом удерживали больше контроля. Их правилом было стоп-слово — оно обязательно должно было у них быть, и, если они его слышали, все прекращалось.

Это был фундамент «Разрушенной». Каждый носил маску, и каждый следовал системе. Исключений не было ни для кого, даже для меня.

Сегодня я выбрал свой привычный вариант — белый. Я не хотел, чтобы ко мне подходили или беспокоили. Мое удовольствие исходило от самой энергии этого места; я не видел необходимости быть вовлеченным во что-то еще.

Тихий стон донесся снизу, привлекши мое внимание к Доброволице, которая стояла на коленях у ног Доминанта в знак подношения. Даже отсюда я видел, как ее загорелая кожа блестит под легким слоем масла. Ее рот был слегка приоткрыт, демонстрируя улыбку, полную порочного намерения. Татуировка обвивала ее бок и бедро, спускаясь спиралью к самой щиколотке. Больше на ней ничего не было — явное свидетельство того, что у нее нет границ.

Я наблюдал, как пальцы Доминанта коснулись ее челюсти в знак согласия — безмолвный контракт. Она потянулась навстречу прикосновению, облизывая его пальцы. Одним движением он поднял ее с пола на ноги, и они скользнули в одну из комнат, выстроившихся вдоль коридора.

Я провожал их взглядом, пока они не скрылись. Затем я оттолкнулся от перил и повернулся обратно к своему кабинету. Я успел сделать лишь несколько шагов, как тяжелая стальная дверь за моей спиной со щелчком захлопнулась, этот звук оборвал мои мысли и отрезал музыку снаружи. Стены вокруг меня слегка вибрировали, но большая часть шума из зала внизу была поглощена целиком. Я стянул маску и направился к столу, медленно вдыхая воздух.