ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Коротко, без лишних слов. Я снова написал книгу, хотя клялся себе, что тема Гарри Поттера закрыта навсегда. Но этот сюжет не отпускал меня, крутился в голове без конца, и я в итоге уступил. Это история про человека, который попадает в шкуру Рона Уизли в канун четвёртого курса. Сразу предупреждаю: тем, кто ищет очередного супергероя — возрождённого могущественного мага, собравшего гарем из половины Хогвартса, гения интриг, знатока тёмных обрядов, владельца родовых богатств, лордских званий и прочих штампов фанфиков, — здесь делать нечего. Почему-то все забыли, что изначально это была детская сказка, которая лишь со временем повзрослела. Потому в моём тексте нет ни фамильных подземелий с золотом, ни древних церемоний, ни скрытых наследий, ни прочей магической мишуры, ни тяжеловесной мрачности. Зато есть семья, товарищи, шутки, занятия и, конечно, любовь. Без неё никак. Если вам по душе такой подход — ждём вас в Хогвартсе. Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И что происходит дальше?

Она раздевается, а ты смотришь на неё своими честными, невинными глазами и совершенно спокойно заявляешь: «Эй, подвинься, ты воду мне загораживаешь. Мне яйцо под водой открыть нужно».

Гарри застонал и спрятал пылающее лицо в ладонях.

— Ты, Гарри, собственными руками создал идеальную романтическую ловушку, заманил её туда, а потом сам же захлопнул перед ней дверь. Причём не просто захлопнул, а ещё и умудрился сделать так, чтобы она почувствовала себя полной дурой. Женщины, Гарри, прощают многое, но они никогда не прощают, когда из-за мужчины чувствуют себя дурами.

Я загнул второй палец, переходя к следующей части этой трагедии.

— Часть вторая: то, чего ты НЕ сделал. И вот тут, дружище, начинается самое страшное. Это так называемый эффект двойной обиды. Она собрала всю свою гриффиндорскую храбрость в кулак, пришла к тебе, переступила через собственную скромность и фактически сама сделала первый шаг... а ты даже не понял, какой подвиг она ради тебя совершила! Ты не потерял дар речи от её красоты. Не сказал, какая она прекрасная. Не сделал вообще ничего, что нормальный парень сделал бы в подобной ситуации. Ты, чёрт возьми, выбрал кусок орущего железа вместо живой, настоящей, влюблённой в тебя девушки, которая пришла туда именно к тебе!

— Это было золото, а не железо... — не поднимая головы, пробормотал Избранный из-под ладоней.

— Не порть мне метафору, Поттер! — рявкнул я. — Не в материале дело! Суть в том, что ты нанёс сокрушительный удар по её женскому самолюбию. Представь, как это выглядело с её стороны: «Я стою перед ним, набравшись храбрости, а ему интереснее какая-то безмозглая железяка». Ты хоть понимаешь, насколько сильно это может ударить по самооценке? Да за такое тебе орден Мерлина нужно вручать... правда, посмертно.

Я встал, подошёл к нему и по-отечески похлопал по плечу.

— Видишь ли, Гарри, женская логика — это магия высшего порядка. Она не поддаётся законам физики или здравого смысла. Гермиона одновременно зла на тебя за то, что ты поставил её в неловкое положение, и в ярости от того, что ты не воспользовался этим неловким положением. Это какая-то совершенно непостижимая магия, в которой ты умудрился оказаться виноватым одновременно и за то, что сделал, и за то, чего не сделал.

Гарри наконец убрал руки от лица и устало посмотрел на меня.

— И... и что мне теперь делать? — обречённо спросил он.

Я лишь развёл руками.

— Как истинному гриффиндорцу. Смириться со своей участью, принять неизбежное и притвориться мёртвым опоссумом. А сейчас тебе лучше всего сказать ей, что ты просто настолько растерялся от её красоты, что твой скудный мальчишеский мозг на несколько минут отключился и вместо нормальных слов выдал заранее заготовленный текст про Турнир.