ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Судьба дарит мне не тихое угасание, а пробуждение в аду осаждённого Севастополя, в годы Великой Отечественной. При свете дня я — немощный инвалид, скрывающийся во тьме подвалов от оккупантов. Но когда опускается ночь... Я обретаю способность передвигаться, биться и карать. Уничтожение каждого врага умножает мою силу. Но плата ужасает: одна чужая жизнь дарует мне лишь одну ночь без увечий. С наступлением утра всё это исчезает... Серега-самовар#2 lanpirot Судьба дарит мне не тихое угасание, а пробуждение в аду осаждённого Севастополя, в годы Великой Отечественной. При свете дня я — немощный инвалид, скрывающийся во тьме подвалов от оккупантов. Но когда опускается ночь... Я обретаю способность передвигаться, биться и карать. Уничтожение каждого врага умножает мою силу. Но плата ужасает: одна чужая жизнь дарует мне лишь одну ночь без увечий. С наступлением утра всё это исчезает... ==================== Пролог Пролог Когда этот чёртов русский опять вывернулся, уйдя с помощью выброса светлой силы от его ментального удара, Штайнер разозлился не на шутку. Нужно было действовать наверняка, чтобы разом захватить противостоящих ему противников — темного ведуна и русского пастора. Как могли спеться представители противоборствующих сил, ведущих борьбу едва ли не с сотворения мира, эсэсовец не понимал. Но от этих русских можно было ожидать чего угодно — эти дикари-унтерменши[1] в любой момент могли выкинуть что-то настолько непотребное и не укладывающееся в обычную картину мира, что у любог

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Однако, усталость и чудовищное напряжение мгновенно испарились, я вновь был бодр, как никогда, а моё сознание приобрело кристальную ясность.

Старик, лишенный не только головы, но и самой основы своего существования — дыхания жизни и магической энергии, мгновенно «высох», обратившись в мелкий серый прах. От великого колдуна не осталось даже костей. Однако основная проблема — брешь в мироздании — всё еще была не решена.

Со смертью Вайстора разрыв в ткани реальности судорожно дёрнулся и начал стремительно расширяться. Холод Нави ударил мне в лицо, заставляя кровь стыть в жилах. Из чёрной пульсирующей раны потянулись жирные и мерзко шевелящиеся щупальца обители мёртвых, готовые поглотить всё живое на своём пути.

Из чёрной пульсирующей раны Мироздания потянуло разложением и смертью, а «голодные тени» готовы были вот-вот вырваться из-за границы потустороннего мира, и обрести самостоятельную жизнь. И остановить эту чудовищную лавину обычным или даже магическим способом было уже невозможно. Мне оставалось только шагнуть прямо в эпицентр разлома, как это было предсказано Духами Предков…

Я не стал оглядываться — времени на бессмысленные сантименты не осталось — просто сделал глубокий вдох, выплёскивая из себя всю мощь переполненных резервов, и решительно шагнул в пульсирующую черноту разлома. И вслед за мной, не колеблясь ни секунды, в эту же черную бездну рванули мои верные спутники — призрак древнего юноши Агу и черный кот Бес.

— Куда вы, черти полосатые⁈ — вырвалось из меня. — Назад!

Но никто из них не собирался слушать меня в этот момент — что один, что второй проявили непоколебимую решимость и отправились со мной в это смертельное путешествие в один конец.