Хирурга понизили в чине и приговорили по выздоровлению отправить рядовым врачом во вновь создаваемый медсанбант на линии фронта. Мишу понижать было некуда, его просто сослали подальше. По счастливой случайности — ко мне.
— Я рад, что мы снова вместе, — сказал Миша в завершение рассказа.
— И я тоже. Не печалься. Здесь, конечно, тяжелей, чем в лазарете, но зато я сделаю из тебя хирурга. У тебя еще будут учиться, помяни мое слово.
В ответ Миша только вздохнул.
— А вас за что? — спросил после паузы. — Я слыхал, что вы хорошо устроились в Минске. Даже взяли Полякову к себе в помощницы.
Я почувствовал в его словах скрытый упрек. Дескать, забыл приятеля.
— Полякову взял по просьбе ее отца. Ей хотелось быть полезной Отечеству, и Давид Соломонович попросил за ней присмотреть. Кроме этого нас ничего не связывало. А здесь оказался, потому что покритиковал начальника Главного санитарного управления Российской армии. В результате его отправили в отставку, а меня — сюда.
— Вам можно, — сказал Миша, подумав. — Критиковать. Вы аристократ и гениальный хирург. Побудете здесь немного, заслужите очередной орден и переберетесь обратно в Минск, а то — и в Москву. А мне тут куковать до конца войны.
Он тяжело вздохнул.
— Это еще неизвестно, — сказал я. — Не будем загадывать.
— Как думаете, она дождется меня? — спросил Миша после молчания.
— Кто?
— Настенька. Та, из-за которой я подрался.
— Если любит, дождется. А нет — другую найдешь.
— Вам легко говорить! — не согласился Миша. — В вас вон Полякова влюбилась. А кто я для Насти? Пархатый жид!
Он шмыгнул носом.
— Ты военный врач! — рявкнул я, не сдержавшись. — Михаил Александрович Зильберман, будущий замечательный хирург. И если она, дура, этого не понимает, то это ее проблемы. Такие, как ты, после войны будут на вес золота. Хирург, усовершенствовавший свой навык в результате тысяч операций, легко затмит гражданского, у которого их десятки раз меньше. К тебе будет очередь из больных стоять!
— Вы говорите так, будто все знаете наперед.
В какой-то мере — да. Война — поганое дело, но для талантливого врача это возможность усовершенствовать мастерство и добиться новых высот. Академик Амосов в Великую Отечественную служил хирургом в походно-полевом госпитале. Провел тысячи операций. Отточил мастерство, почувствовал вкус к научной работе. В результате стал выдающимся хирургом-новатором, возглавил Институт сердечно-сосудистой хирургии в Киеве. Его память почитают даже в сегодняшней Украине, хотя Амосов по происхождению русский, родился в России и жил в ней до войны. Тем не менее, в 2008 году в телевизионном проекте «100 великих украинцев» телеканала «Интер» занял второе место, пропустив вперед только Ярослава Мудрого.
— Давай спать, Миша! Утро вечера мудренее.






