— Будет! Жизнь на том стоит, что мы поколение за поколением работаем, чтобы оставить своим детям что-то, чего не было у нас. Или хотя бы то, что было, но больше и лучше. Так что сказки это про золотой век: он не позади, а впереди. Надо просто не ныть, а работать, строя до него дорогу — вот и весь сказ.
— Такая точка зрения тоже бытует, на ней мой учитель стоял. Правда, его это никуда не привело, — покачал друид головой, опять осушив кружку.
— Какой он вообще был? — спросил я, тоже воздав должное вину.
— Когда мудрый, а когда импульсивный, и, пожалуй, второго в нём было больше, чем первого. До седых волос дожил, а всё хотел мир переделать, как мальчишка. И смести тех, кто мешает, — проворчал Корнегур. — Не становись лучше таким, как он. Такие люди горят ярко, но конец всегда один…
— Конец всегда один в любом случае. Никто не вечен, а смерть однажды всех запишет на свой счёт — тут тот труполюб не ошибся, — хмыкнул я, после чего продекламировал на моравском: — Время стирает в песок даже острые скалы. Все вещи однажды растают, как утром туман над водой. И звёзды исчезнут, и люди исчезнут, и страны. Но то, что ты делал добро — навечно с тобой.
— Песня какая-то? — поинтересовался друид, опять разливая вино. — Можешь спеть?
— Могу, только толку? Ты ж языка не поймёшь, — фыркнул я, делая новый глоток крепкого вина.
— Ну, положим, эту проблему можно решить, — отозвался он, встав и начав шарить по одной из полок в своём жилище. Окосел учитель сильно меньше меня, но тоже был уже не трезв. Хорошее вино, что тут сказать. — Вот он!
— Что это? — глянул я на костяную безделушку на кожаном шнурке.
— Амулет для понимания языков. Я же не сходу на востоке всё выучил, да и кто бы в ритуальный круг ко мне без объяснений полез, — усмехнулся он. — Так что можешь не переживать, всё более-менее пойму.
— Я песню паршиво помню, — попытался отбояриться я.
— Ты принёс на новую дорогу песню со старой; раз не всё забыл, значит, должна быть стоящая, — пожал он плечами. — Это друзей и родных поминать не стоит, а такие вещи можно. Так что пой как сумеешь.
— Ну разве что как сумею.






