В картину, правда, слегка не вписывались молнии, но во второй «Диабло» его коллега, к примеру, без лишних комплексов не только морозил всякую нечисть до абсолютного нуля, но и жарил её огнём, как заправский пироманьяк. Причём ладно бы просто фаерболы кидал, как все нормальные маги. Нет, этот рыжий не разменивался на мелочи и заставлял землю идти разломами до магмы, поднимал вулканы на поверхность, а окончательно заматерев, устраивал метеоритные дожди. Видимо, парень не особенно ценил зелёные насаждения, ну или считал, что на пепелище вырастут ещё более могучие и красивые деревья. Эльфы в целом и Малфурион Свирепый в частности не одобряют, но кто б этих ушастых спрашивал? Конечно, старая видеоигра — так себе источник знаний по магии, но другого у меня, к сожалению, нет. По крайней мере, при всём своём красноречии отец Шарп про магов природы никогда не рассказывал и сейчас не подавал вида, что понял, с кем столкнулись бойцы барона. Так что пока просто оставим за версию, что местные друиды могут призывать себе на помощь не только животных с растениями, но и стихии. Тем более что о зверье пока что вроде бы речи не было, только о древесных тентаклях. Эх, некоторые картинки из своего прошлого хочется развидеть. Хорошо хоть зеленобородый и правда был в хорошем настроении, а честь наших бравых вояк осталась в неприкосновенности.
Пока я за них радовался, помогая падре, гонец, по-видимому, успел доскакать до замка. Барон Бром Лионель, как и его воины, был лёгок на подъём, а потому вскоре во дворе снова раздался шум, и в избу зашёл наш сюзерен.
— Приветствую, Ваша Милость, — тут же оставил мой воспитатель пациента и поклонился. Я повторил его жест, причём без всяких кривляний. Тут выпендриваться себе дороже.
— Отец Шарп, — кивнул высокий крепкий мужчина в кольчуге, держащий шлем на сгибе локтя, оставляя открытой голову. Его лицо имело грубые, рубленые черты, которые лишь слегка сглаживала щегольская борода эспаньолка с проглядывающей сединой. Что до доспеха, то о латах в нашем мире уже знали и активно использовали, но ценник на них был кусачий, так что большинство провинциальных баронов по-прежнему носили броню попроще. Бром тем временем продолжил: — Что с моими воинами?
— Пострадала в основном их гордость, — пожал плечами пастор. — Через день будут как новенькие, если не считать трещины в рёбрах Дерека. С ними понадобится чуть больше времени.
— Хоть одна хорошая новость, — проворчал Лионель, повернув взгляд к своему подчинённому и проговорил: — Рассказывай.
Тот тут же повторил ровно то же, что успел поведать нам. Ехали, докопались, огребли полной ложкой, убежали. Барон на это только поморщился. Могу его понять: эти три кренделя накуролесили на ровном месте, но это всё-таки свои три кренделя.






