ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Смерть обернулась подарком судьбы — я не потерял воспоминания о том, что было раньше. Правда, в этом мире, где правят меч и волшебство, я появился на свет простолюдином, а не исключительным отпрыском знатной фамилии. Но и на том спасибо. Зеленый путь Тимофей Иванов Смерть обернулась подарком судьбы — я не потерял воспоминания о том, что было раньше. Правда, в этом мире, где правят меч и волшебство, я появился на свет простолюдином, а не исключительным отпрыском знатной фамилии. Но и на том спасибо. ==================== Пролог Пролог Говорят, утро вечера дряннее, особенно на одной шестой части суши. В целом оно обычно так и есть: всё-таки тащиться на работу ни свет ни заря куда неприятнее, чем возвращаться домой с неё. Но сегодня погода как-то совсем подкачала. С утра были ещё вполне комфортные минус десять градусов, когда я бросил взгляд на термометр за окном, вливая в себя чёрный, как грех, кофе. Но с каждым разом, выходя курить на свежий воздух, кожей чувствовал, что дубак становится всё суровее, несмотря на яркое солнце в голубом небе. Впрочем, висело оно там ожидаемо недолго. У нас в Питере летом ночи белые — и это прекрасно, но вот зимой за эту радость приходится расплачиваться сполна. Идёшь на работу или учёбу — ещё темно, возвращаешься с неё — уже темно. А теперь ещё и холодно, как на Северном полюсе. Нет, понятное дело, что сейчас «всего лишь» минус двадцать один по Цельсию, если мне не врёт приборная панель моей не очень новой, но всё ещё вполне надёжной Судзуки, а у

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В семинарию как не хотел, так и не хочу, а боец, который может подлечить товарищей хотя бы чуть-чуть, втройне ценен, — слегка мотнул головой я. Такой вариант карьеры действительно мной рассматривался, тем более сейчас вроде бы вполне спокойный период местной феодальной раздробленности. Короли и герцоги давно не собирали войска под своими знамёнами, сам же наш сюзерен имеет весьма неплохие отношения с соседями. А потому противниками его воинов являются считай одни бандиты, которые сами от них прячутся. Ну а если будет бой, то как лекарю мне, скорее всего, предстоит наблюдать его из третьего ряда. Приемлемый риск, обучение воинскому делу, высокое социальное положение, сытная пайка, хорошее жалованье и девки, западающие на добра молодца в кольчуге. Чего ещё желать от жизни? Разве что побольше знаний о магии, которые продолжают тянуть меня, словно магнитом. — Да и любопытно стало.

— Погубит тебя однажды любопытство, — проворчал на это мой воспитатель, без труда поняв, какая причина была основной. Всё-таки уж о чём, о чём, а о мистических гранях мира я его достаю вопросами с тех самых пор, как вообще их заметил. — Видит Свет, вроде умён ты не по годам, но такой иногда дурак.

— Ну уж какой есть, — пожал я плечами.

— Ладно, иди еды сготовь, пока я снадобьями займусь, — проговорил на это отец Шарп, поворачиваясь к пристройке часовни.

— Хорошо, — кивнул я, направляясь к избе.

Предстояло растопить печь и сообразить ужин. Не то чтобы я был в прошлой жизни заядлым кулинаром, но, будучи холостяком, недурно научился готовить — есть-то что-то надо. Здесь же мои навыки внезапно оказались сильно выше среднего, когда я обработал их напильником под местные реалии. Всё-таки что ни говори, а дровяная печка — это ни разу не газовая плита с духовкой. Мой же воспитатель занялся заготовкой лекарств, которые возможно понадобятся раненым. В замке, конечно, свой жрец есть, он же баронский духовник, но мало ли что. Всякое в жизни может случиться, и к неприятностям лучше быть готовым. Что касается самих лекарств, то мне трудно говорить о том, чего в действиях моего воспитателя больше — химии или алхимии, но приходится признать, что местные целебные растения оставляют родной подорожник далеко позади. Вроде как есть истинные мастера, которые способны сварить такое, что упасть и не встать. Известны микстурки, которые считай мёртвого на ноги поднимут, попутно вернув оные отрубленные конечности. Существуют эликсиры, которые могут дать человеку ненадолго силу сотни амбалов или куда как меньше, но зато навсегда. По крайней мере, со слов отца Шарпа. Относился я к такой информации с известным скепсисом, но тем не менее падре вполне успешно варил лекарства, способные ускорить заживление ран раза в три или победить гангрену.