А у мужика на земле, как у себя дома, ходит противник неизвестной силы, который, скорее всего, не то чтобы позитивно теперь настроен к местной власти. Хотя кто бы рад был, если бы у него сначала начали деньги вымогать, а потом попытались дать плетей? Подозреваю, сам барон после такого был бы близок к бешенству берсеркера, и три идиота так легко бы не отделались. Но как бы там ни было, а тут его земля, его людям нанесли обиду, и за неё надо пойти и спросить — иначе урон чести. Другого варианта не может быть, просто потому что он не предусмотрен в принципе. В этом мире раз дашь слабину — и потом с ума сойдёшь разгребать последствия. Притчи из Писания Света и рассказы отца Шарпа не дадут соврать.
Уж не знаю, насколько точно я угадал мысли нашего сюзерена, но он, услышав рассказ Дерека, несколько секунд молчал, а потом отрывисто заговорил:
— Ясно. Вы трое выздоравливайте, а потом вычистите все выгребные ямы замка и вокруг него до блеска. Свет свидетель, мне не нужны воины, которые сбегают с поля боя, так что примеряйтесь к работе золотарей. Остальные — за мной.
— Разрешите пойти с вами, милорд! — тут же вскочили с лавок все вояки, правда, некоторые держались за бока. — Мы…
— А ну все заткнулись! — гаркнул на них барон. — Сказано лечиться — значит, будете лечиться.
— Разрешите мне пойти с вами, сир Бром, — выпалил я неожиданно даже для себя самого, когда наш сюзерен уже сделал шаг к выходу.
Он повернулся, смерил меня взглядом, после чего проворчал:
— Юнца мне только там не хватало. Займись лучше делом, парень.
Через пару секунд барон вышел, а я получил затрещину от отца Шарпа, который сопроводил воспитательный тумак словами:
— Ты чего удумал, дурья башка⁈ А ну пшёл!
Отвечать я счёл излишним и продолжил промывать гребанные царапины будущим золотарям. Конечно, обученные воины на дороге не валяются, но однако им придётся изрядно покопаться в дерьме, выполнив волю барона, прежде чем он решит придумать им какое-то дело, за которое этим лоботрясам можно было бы даровать прощение. Если, конечно, сир Бром будет жив. А то хорошее настроение — хорошим настроением, но чёрт его знает, насколько силён друид и где заканчивается его доброжелательность. Может, они с нашим сюзереном только вежливо поговорят о том, как всё неловко получилось, а возможно, всё пойдёт по куда более неприятному и кровавому сценарию. Я, конечно, видел сыновей Лионеля и нисколько не сомневаюсь, что папаша круче них, но хватит ли этого для победы — непонятно.
А потому работать пришлось в тревожном ожидании того, что будет дальше. А когда мы с падре закончили с ранеными, отец Шарп кивнул мне и, выйдя со мной на крыльцо, поинтересовался:
— Тебя-то чего вслед за воинами понесло?
— Подумал, внимания барона на себя обратить.






