ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Середина 80-х. Советские ВВС — на гребне силы. Лётчик-испытатель Сергей Родин там, где решается судьба боевой авиации Союза. Спор идёт за каждый метр высоты, узел скорости, вираж. Но и этого мало. Нужна авиация, что сядет на палубу. Авиатор 12 Михаил Дорин Середина 80-х. Советские ВВС — на гребне силы. Лётчик-испытатель Сергей Родин там, где решается судьба боевой авиации Союза. Спор идёт за каждый метр высоты, узел скорости, вираж. Но и этого мало. Нужна авиация, что сядет на палубу. ==================== Глава 1 Глава 1 Дыхание участилось. Адреналин бил по вискам со страшной силой. — Горишь! — прозвучал в ушах голос Байрамова. — Остановил, — ответил я, давая понять, что один двигатель уже выключил. Табло о пожаре коробки самолётных агрегатов КСА продолжало гореть. Если она разрушится, все системы машины перестанут работать. По всем признакам и правый двигатель, который я остановил, горит. — «Пожар левого двигателя», — даёт о себе знать печально известная «девушка». Вот теперь и второй! Его параметры пока в норме, но температура стала расти. А баллон для тушения пожара в самолёте всего один, и совершенно непонятно, что же им, в конце концов, тушить. У меня три очага возгорания! Времени для решения нет. Моментально ищу глазами просеку, поле, пустырь. Хоть что-нибудь, куда можно «воткнуть» самолёт. Но везде дома, площадки, очертания школ и детских садов. Нет, прыгать нельзя! Просчитываю варианты. Большая посадочная полоса на ремонте. Работаем мы с малой полосы. Если заходить на

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я вас понял.

— Но, нам всем нужно хорошо подумать. Что-то не то происходит на фирме. Моя авария, твоя, ракеты на полигонах во Владимирске всё не летят. Надо подумать, а пока отдыхай. Завтра выходной не хочешь взять?

Было бы хорошо поваляться на кровати, но не смогу сидеть дома просто так.

— На работу приду.

Через десять минут я уже ждал Веру около её лётной станции. Она попросилась раньше уйти с работы. Стою около крыльца и смотрю на проезжающие мимо меня автомобили больших начальников. Вся программа демонстрации техники закончилась.

В душе немного тревожно за судьбу нашего самолёта. Невольно начинаю думать, а сделал ли я всё правильно.

Мысли о работе исчезают в тот момент, когда в нос ударил приятный запах цитрусов. Духи «Фиджи», подаренные мною Вере, я спутать не мог. Как и аккуратные шаги супруги за моей спиной. Наверняка, крадётся незаметно и пытается сделать сюрприз. Специально стою и гляжу вперёд, пытаясь не улыбаться.

— Сергей, не притворяйся, что не видишь меня, — сказала за спиной Вера.

— Я тебя не вижу. Спиной к тебе стою.

— Неестественно ты это делаешь, — произнесла жена, и я повернулся к ней.

Её бордовый берет на голове слегка съехал. Видимо собиралась впопыхах. Кремовое пальто дополнено светлыми перчатками. Жена подошла ко мне и обняла, уткнувшись головой грудь.

— Слышала про аварию, — тихо произнесла она.

— Случается в моей работе.

— Как ты себя чувствуешь? Нигде не болит?

— Вер, всё хорошо. Не волнуйся. Жив, здоров, на своих двоих перед тобой.

Постояв в таком положении минуту, мы направились на выход с территории. Я расспросил, как оценили образцы беспилотников её конструкторского бюро.

— Пчёлкин ничего не сказал, но выглядел довольным. Предупредил, что работы будет много.

— Значит, военному начальству понравилось.

Вера кивнула. Я видел, что она хотела у меня спросить о нашем показе, но не стала этого делать.

Дома мы быстро переоделись и готовились к обеду. Пока я молча смотрел в кухонное окно, Вера грела на плите борщ и варила макароны.

— Я радио включу. Ты сиди пока, — сказала жена и пошла в комнату.

Только хотел предложить ей побыть в тишине, как в квартире запела Алла Борисовна.

— «Южный ветер ещё подует. И весну наколдует…» — звучали строки её известной композиции.

— Вот видишь. Даже в песнях тебе поют, что всё ещё будет. Ты главное — не расстраивайся, Серёжа.

Чем чаще Вера мне это говорит, тем больше я вновь погружаюсь в аварию. Невольно вспоминаю каждое действие.

— Дорогая, давай про что-нибудь другое.

— Хорошо. Приятного аппетита, — сказала Вера, и поставила передо мной тарелку борща.

— Спасибо.

Не успел я взять любимую мной деревянную ложку, как в дверь постучались.

— Пойду, открою.

— Нет, — остановил я жену. — У тебя макароны разварятся сейчас.