— Друг мой… — Дюран желал найти слова утешения, но испанец не хотел их, он был глух к любым доводам, взваливая на себя все бремя ответственности. Они проходили это уже много раз.
— Ты счастливчик, Ильмарион, поэтому, прошу, пусть Эльзерик будет последним, кого ты отпустишь на верную гибель.
----------
Глава 3: Чемпионы Артэмии
Глава 3: Чемпионы Артэмии
Глава 3
Чемпионы Артэмии
Люди пережили страшные тяготы, чтобы воспарить к своему величию.
Они обрели отца и открыли для себя путь кругов. Их научные достижения потрясают,
Их боевые машины достойны восхищения.
Но лишь одна армия среди множества других достойна, чтобы о ней говорили шепотом и с трепетом.
Артэминосский легион, мужи из мужей, чемпионы из чемпионов.
Встречи с ними в бою я жажду и не желаю одновременно.
Двадцать четвертый хранитель(с).
Древняя мудрость гласит, «Если хочешь мира, готовься к войне». Она высечена в камне главного холла крепости легиона. Это место, где звуки мечей и выстрелов не прекращаются никогда, где война идет круглогодично. Война с самим собой, с переживаниями, страхами, слабостью, с не совершенностью, война за право быть чемпионом из чемпионов, защитником из защитников, за титул величайшего сына Джорелла Артэминоса. Огромные картины заполняли просторные коридоры могучей крепости, пристроенной к великолепному дворцу императора. Славные победы изображали легионеров во всем своем смертоносном величии. Статуи величайших из погибших героев молчаливо взирали на своих потомков, продолжая блюсти пост.
Венец творения располагался в тронном зале, постамент, на котором Джорелл пронзает клинком окнорда, а второй рукой душит ренианца, подняв над землей. Даже не сражаясь там в тот момент, можно было легко понять, какой ужас испытывал ренианец, оказавшись в руке столь великого создания, как Джорелл Артэминос. Скульптур прекрасно изобразил эмоции ренианца. Ониксовый трон у подножья венца был пронизан оранжевыми венами, он был подобен вулкану, по которому стекают лавовые реки. Одного взгляда было достаточно, чтобы осознать всю мощь и власть, которой трон наделял своего обладателя. Эльзерик восседал на нем, как до него восседали его предшественники, генерал обладал патрицианскими чертами лица, величие, сила и острый ум горели ярким факелом в глазах. Только глупец мог не заметить этих качеств при единственном взгляде на Дюрана.
Перед ним стояли легионеры, лучшие из лучших, чемпионы рода артэмийского. Десять столпов, на которых удерживалась императорская власть, ее авторитет и могущество. Капитаны полков молчаливо ждали слов своего командующего, гордо выпрямившись перед ним. Эльзерик с усладой окинул взглядом каждого из богов войны, все эти клинки он выковал сам, и мало кто во всей вселенной мог бы потягаться с ними в своей остроте.






