ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Внутри — три коротких романа, и завершает подборку эротический. Вот фрагмент одного из них. — Ты мне изменяешь? — голос срывается, потому что в эту секунду мой мир трещит по швам. — Слушай, Мира! Я не считаю это изменой. Я люблю тебя, и это не изменится никогда. Но я мужчина, улавливаешь? Хищник, добытчик! А ты уже не та. Взгляни на себя! Ты сильно переменилась. Нет больше той лёгкой, изящной лани. И… у тебя целлюлит. — Целлюлит, — еле слышно повторяю я, натягивая плед на полные бёдра. Тот самый плед, что лежал свёрнутым на нижней полке, возле пуфика. — Именно. А мне нужна молодая, понимаешь? Мира, родная, прошу, пойми. Для меня это просто секс. К ним я ничего не чувствую. Люблю одну тебя! — К ним? — злость поднимается во мне, жжёт изнутри, ищет выход. — И давно ты… за моей спиной… Мерзавец! — швыряю в него деревянную шкатулку. Читать дальше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сердце колотится где-то в горле, отбивая сумасшедший ритм. Дверь приоткрывается, и на пороге появляется она. Аня.

Время останавливается. Мои глаза жадно впитывают каждую деталь: тонкие плечи, завернутые в серый кардиган, распущенные волосы, которые всегда пахли жасмином, легкая морщинка между бровей, когда она хмурится. Она такая же хрупкая, как я запомнил, но в то же время в ней появилась какая-то новая сила, неприступность, которой раньше не было. Она смотрит на меня без тени удивления, без радости, без злости – только с холодной, непроницаемой отстраненностью.

- Андрей? Что ты здесь делаешь? Если ты к Геле, то она уже спит, — она говорит тихо, и в голосе её больше нет того тепла, которое согревало меня, когда я приходил с работы после тяжёлого дня. Теперь её голос обжигает сильнее любого крика.

- Я… мне нужно с тобой поговорить, Аня. Пожалуйста, - слова застревают в горле. Я чувствую себя неуклюжим, огромным, незваным гостем в ее новом мире.

Она колеблется, затем распахивает дверь шире. Я вхожу в прихожую, и знакомый запах жасмина обволакивает меня, сбивая с ног. Эта квартира не похожа на нашу. Здесь все по-другому: светлые стены, минимализм, картины, которых я никогда не видел. Это ее пространство, без меня. Больно. Как же больно!

- Говори. У меня мало времени, — она скрещивает руки на груди, словно защищаясь.

Делаю шаг к ней, и она отступает. Эта дистанция между нами – пропасть, которую я вырыл своими руками.

- Аня, я не могу… я не могу больше без тебя! — мой голос ломается. Все слова, которые я репетировал, вылетают из головы. Остается только чистое, первобытное отчаяние.

- Я так скучаю по тебе. По нашим вечерам, по твоему смеху, по тому, как ты всегда знала, что я думаю, еще до того, как я открывал рот.

Слёзы застилают мне глаза, но я не позволяю им упасть. Она должна видеть меня сильным, хоть и сломленным.

- Скучаешь? А когда ты был с ней, ты скучал? — ее слова бьют, как хлыст, но в них нет злобы, только горькая боль.

- Я устала говорить об этом, Андрей. Ты стер меня из своей жизни тогда. Что ты хочешь теперь? Чтобы я бросилась в твои объятия. С радостью прыгнула в твою постель?

- Нет! Никогда! Я ни на секунду не забывал тебя, — я делаю еще шаг, и теперь мы стоим так близко, что я могу почувствовать тепло ее тела, ощутить запах ее кожи. Моя рука непроизвольно тянется к ее щеке. Она замирает, но не отстраняется сразу.

----------

Глава 25

Аня

Дверь захлопывается за ним, и я приваливаюсь к ней спиной, чувствуя, как дрожат колени. Господи, как же я устала. Устала от этой лжи, от этой боли, от этого его «я люблю тебя». Любит? Если бы любил, не было бы этой съемной квартиры, этих ночей в одиночестве, этих слез в подушку.

Он пришел. Как всегда, такой красивый, мужественный, сексуальный, его запах вмиг вскружил мне голову, снова.