Перевожу взгляд с Ангелины на аллею, и мое сердце пропускает удар, а в животе все сжимается в ледяной комок. Лиза. Она стоит на аллее, метрах в двадцати от нас, и смотрит прямо на меня. В ее глазах знакомый мне безумный блеск. Но она не одна. Рядом с ней высокий широкоплечий мужчина, одетый во все черное. Его лицо скрыто тенью бейсболки, но я чувствую его взгляд, тяжелый и оценивающий.
Лиза делает шаг вперед, и я инстинктивно прижимаю Ангелину ближе к себе.
– Ну, здравствуй, дорогая, – ее голос полон яда. – Как поживаешь? Наслаждалась жизнью, пока я страдала?
Я молчу, не желая вступать с ней в разговор. Ангелина, моя наивная крошка, тянет ручки к тёте. Хочет поиграть с ней. Но я крепко удерживаю её.
– Ты думала, я просто так это оставлю? – Лиза приближается, мужчина следует за ней, как тень. – Ты разрушила мою жизнь, украла у меня все!
– Лиза, пожалуйста, уходи, – шепчу я, стараясь говорить спокойно, чтобы не напугать Ангелину. – Не устраивай здесь сцену.
– Сцену? – она истерически смеется. – Это еще не сцена, это только начало!
Мужчина рядом с ней делает шаг вперед. Он достает из-под куртки пистолет, и его дуло зловеще блестит на солнце.
– Лиза, что ты делаешь? – кричу я, чувствуя, как кровь стынет в жилах.
– Я возвращаю то, что принадлежит мне! – она смотрит на меня, ее глаза горят ненавистью. – Заберу у тебя ребёнка и стану ему матерью. Мы с Андреем будем прекрасными родителями, - Лиза устремляется в мою сторону.
Геля, моя доченька, испугалась моего крика и пустилась в плач. Я ставлю малышку на асфальт и пытаюсь увернуться от сумасшедшей, но она хватает меня за волосы и тянет на себя. Боль пронзает кожу головы, я теряю равновесие и падаю на землю.
Мужчина подходит ко мне близко и приставляет дуло пистолета к самому лбу. Я закрываю глаза, готовясь к худшему. Вот и всё? Но я же ещё не жила? Я ещё не была по-настоящему счастливой. Как же моя крошка? Что будет с ней? Плач становится громче. Моя девочка!
Мужчина взводит курок!
- Кончай её! – голос Лизы тихий, но в её интонации столько нетерпения, столько злобы. Всё это время она не лечилась, а просто копила ненависть ко мне. Взращивала её, как малое дитя.
- Мы так не договаривались, - в отличие от брутальной внешности, голос у мужчины высоковат. – Договор был только напугать. Я так не играю, сумасшедшая. Если тебе надо, сама её кончай.
- Проваливай! – визжит Лиза.
Открываю глаза.
Теперь пистолет на меня направляет она.
----------
Глава 26
Андрей
В голове гудит, словно пчелиный рой. Каждая мысль – жалящая пчела, не дающая покоя. Всю ночь ворочаюсь, комкая простыни. Аня… моя Аня… Ее глаза, полные разочарования и боли, преследуют меня в темноте. Я разрушил все. Собственноручно.
Утро встречает меня свинцовым небом и таким же свинцовым чувством вины. Нужно было что-то делать.






