Белая моторная яхта покачивалась на темной воде. Я перепрыгнул на борт, не дожидаясь трапа, и запустил двигатели. Лука запрыгнул следом.
— Полный газ, — скомандовал я, вставая за штурвал.
Яхта рванула с места, нос задрался, за кормой вскипела вода. Я смотрел на радар — зеленая точка неумолимо смещалась на юг. Я выжал рычаги до упора, двигатели завыли на пределе. Лука что-то сказал, но я не разобрал слов.
Через сорок минут впереди показался черный силуэт. Паром стоял неподвижно, без единого огня. Ни навигационных, ни иллюминаторов — только темный корпус, растворенный в ночи.
Я сбросил скорость, подходя к корме. Выключил двигатели. В тишине слышалось только, как вода бьется о борт.
— Я иду один, — сказал я, перекидывая ногу через фальшборт.
— Эфенди, это ловушка, — Лука шагнул ко мне. — Я с вами.
Я обернулся. В темноте он видел мое лицо, я знал.
— Ты сослужил мне долгую и верную службу. Я не хочу рисковать тобой. — Я положил руку ему на плечо. — Если я не вернусь, забери ее. Отвези в место, где они не найдут.
— Куда?
— Я оставил карту в сейфе. Там все, что нужно.
Он кивнул, и я перепрыгнул на металлический трап парома. Мои ботинки глухо стукнули по палубе.
Я двигался к надстройке, держась теней. В коридорах было пусто, двери кают открыты настежь. На верхней палубе я услышал голоса — короткие команды на латыни.
Я вышел из укрытия.
Они стояли полукругом, человек семь в черных рясах. Эмре был в центре, у леера, за его спиной двое держали Карину. На ней было длинное черное платье с золотой вышивкой, руки связаны за спиной, на глазах повязка, кляп во рту.
— Демир Османоглу, — произнес Эмре с легкой улыбкой. — Или как тебя называть теперь?
— Отпусти ее, — процедил я.
— У меня есть к тебе предложение, — Эмре сделал шаг вперед. — Сдайся добровольно. Позволь нам завершить ритуал, и мы отпустим женщину. Она невиновна в том, что ты сделал с ней.
— Вы убьете ее, как только я окажусь в цепях.
— Может быть. Но по крайней мере она умрет быстро. Без боли, без того, что ты с ней делал.
Я рванул вперед. Первый инквизитор выскочил из-за рубки с ножом. Я перехватил его руку, сломал запястье, отбросил. Второй кинулся со спины, я развернулся и ударил его головой о стальную переборку. Третий выстрелил — пуля вошла в плечо, я даже не остановился. Схватил его за горло и сжал.
— Орден Святого Духа не прощает убийств своих служителей, — раздался голос Эмре из темноты. — Нас найдут. И тебя, и ее. Вы не спрячетесь.
— Мне плевать на ваш орден, — прорычал я, швырнув тело в сторону.
Но они не отступали. Начали читать. Громко, нараспев, на латыни.
— Exorcizamus te, omnis immundus spiritus, — затянули они хором.
Слова ударяли в уши, проникали под кожу, выкручивали суставы. Я попытался шагнуть вперед, но ноги стали тяжелыми, будто приросли к палубе.






