Я схожу с ума? Меня кто-то намеренно сводит с ума, и не исключено, что этот кто-то — сам Энджел? На меня охотятся? Не понимаю, и от этого страшно. Но сейчас я окончательно убеждаюсь в том, что Дар прав. Мне нужно разобраться в этом самой.
— Каро… — зовет Эндж.
— М-м-м… — отзываюсь я с подушки, закрыв глаза.
— Выпей все же таблетку…
Думаю секунду и киваю:
— Давай.
В темноте беру из его рук таблетку, делаю глоток воды побольше и аккуратно прячу то, что не проглотила, под подушку. Так лучше. Исключительно для чистоты эксперимента.
Остаток ночи проходит без приключений. Довольный Энджел будит меня поцелуем в щеку и словами:
— Ну видишь, если ты не забываешь лекарства, нет никаких монстров.
Сдержанно киваю и понимаю: следующей ночью я буду спать одна и в другом месте.
* * *
Рвать по живому тяжело, и утром я чувствую себя маленькой девочкой, которой предстоит совершить важный шаг. Глупой, наивной и зависимой. Я словно пытаюсь отпроситься у родителей на ночевку к подруге и не могу решиться, потому что знаю: даже если они и отпустят, останутся недовольны.
Очень непривычное ощущение. Я никогда ни у кого не отпрашивалась. Не те у нас были отношения с матерью. А шэх… У него существовали правила, которые никто и не думал нарушать. То же, что не выходило за их границы, не возбранялось.
Встаю и, пока Энджел в душе, неторопливо варю себе кофе на медленном огне. Можно было бы сделать в кофемашине, но почему-то сейчас мне необходим вот этот неторопливый процесс, чтобы настроиться на неприятный разговор.
Есть не хочется, и я выхожу на веранду только с чашкой крепкого, горячего напитка.
Нет. У меня отсутствуют сомнения, я точно знаю, что не отступлю. Тяжелое детство и много лет в спорте научили меня, что нельзя отказываться от решений только потому, что страшно. Выходить на татами, где тебе непременно сделают больно, тоже, как правило, не хочется и страшно. Это нормальная защитная реакция организма на то, что ему неприятно.
Энджел подходит неслышно, когда я задумчиво изучаю волны. С нашей виллы открывается невероятный вид на море. Его мне будет не хватать. Парень обнимает меня за талию и притягивает к себе, нежно целуя в шею.
— Ты невероятно пахнешь, — сонно шепчет он, а у меня все сжимается в груди.
Я не хочу делать ему больно. Мы так много времени провели вместе, и в его уютных объятиях мое поспешно принятое решение кажется неправильным. Ну почему я вдруг решила, что одна справлюсь лучше, чем с ним? Это ведь глупости.
— Мне нужно уйти, — говорю я, пока окончательно не растаяла.
— Куда? — Энджел отстраняется. — Подожди, я оденусь, и сходим вместе. Заодно где-нибудь позавтракаем.
— Ты меня не понял, — качаю головой. — Происходит что-то странное. Я должна в этом разобраться, и мне придется это сделать самой.
— В смысле? — Он хмурится.






